Искра твоей души

Невольно зажмурившись, я застыла посреди сада.

– Ну-ну, птичка! – Кларисса приблизилась и похлопала меня по плечу. – Это не трагедия. Не вздумай рыдать при семействе. Ты должна быть весёлой и полной надежд, когда скажешь отцу об отъезде.

– Он не отпустит, – открыв глаза, возразила я.

– Убеди! В твоих руках его свобода, его жизнь, достаток матери и братьев. Разве ты не готова пожертвовать браком с этим трусливым мальчишкой ради родных?

У меня сжалось сердце, стоило представить отца в крепости, а маму, побирающуюся на улицах.

Как легко Клариссе удалось запугать моего будущего мужа! Так же легко, как и меня.

– Готова… – тихо отозвалась я.

– Вот и чудесно! Я не обманывала обещаниями. Ты будешь жить у меня в особняке, обучишься… кое-чему. – Герцогиня немного сбилась, перевела дух. – Исполнительность и верность роду Эйр-Уикфил хорошо вознаграждаются.

Захваченная собственными мыслями и радостным нетерпением, Кларисса повела меня к дому.

– Не стоит тянуть с отъездом! Собираемся немедленно!

В эту же секунду мы услышали голос отца. До нас донёсся его крик, в котором бурлил гнев и отчаянье:

– Доротея Идрис!

Меня будто толкнуло в грудь, перебило дыхание.

– Иди, птичка, и будь разумна, – сказала Кларисса, подталкивая меня к отцу. – Помни, что он не должен знать о нашем уговоре.

Отец метался на крыльце, всматривался в переплетение ветвей кустарников и тропки сада, на осунувшемся лице горел болезненный румянец. Во мне точно что-то замёрзло на время, слёзы спрятались в уголках глаз.

– Зачем так кричать, папуля?! – с усилием изображая улыбку, воскликнула я.

Хорошо, что мы сразу покинем имение. Я не вынесу долгого притворства и бесконечного прощания.

– Иди за мной, – хрипло велел отец.

Он запер дверь кабинета изнутри, тяжело опустился в кресло. Я села напротив и старательно выпрямила спину, продолжая глупо улыбаться. Это каким-то образом держало меня, не позволяя раскиснуть.

Отец сразу же накинулся на меня с расспросами.

– Что ты задумала, глупая девчонка?!

Я сложила руки на коленях и не опустила глаз. О чём он говорит?

– Джудас уехал? – догадалась я.

– Бедный парень не находил себе места! – рыкнул отец.