Тайная жизнь Светы

Что со мной? Что вообще происходит?!

– Эй, ты плохо понял, что ли? Руки убери или уедешь на пятнадцать суток!

Вот что меня всегда поражает в Тоше, так за быстрое переключение из рубахи-парня в настоящего мента. Дурак бы не услышал угрозы в голосе, а актер таковым не является, насколько успела понять.

– Свет, я тебя внизу подожду, – или является, и я переусердствовала, воспевая ему мысленные дифирамбы на протяжении последнего времени. – А вы, товарищ лейтенант, можете объяснить, если хотите. С удовольствием послушаю.

Где вам удобнее?

Обстановка начала накаляться слишком быстро. Мужчины встали друг напротив друга, сверля злобными взглядами и почти пуская дым из ноздрей. В мою сторону ни один не смотрел, более того, когда Антон направлялся к Кириллу, задел плечом, и я чуть не упала.

– Какие-то проблемы?

– Нет.

– Так отвалил, говорю!

– Заставь.

– Оборзел, актеришка?

– О, а вы, я смотрю, господин полицейский, искусство не уважаете?

Отмерев, я бросилась к ним, кое-как вклинившись между, даже стукнула, стараясь привлечь к себе внимание.

Ни фига! Оба словно не замечали меня, продолжая переругиваться и перейдя уже на откровенные оскорбления.

Что-то тут нечисто. Тошку я давно знаю, он умеет быть и злым, и добрым, как в американских боевиках, но так не ведет себя никогда! Здесь же с пустого места – и почти драка. Чувствую, что, сорвавшись, меня попросту сметут как лишнюю декорацию!

Ведьмовская интуиция молчала, духов, которые могли быть индикаторами агрессии, также не наблюдалось.

Конечно, я не постоянно их ощущаю, но настроившись на определенный фон, могу. Но сейчас – ничего! В том числе и того, кто не так давно свел счеты с жизнью и априори не мог успеть отправиться за черту.

– Твое дело – рожи кривить перед камерой!

Ого, это что-то новенькое, хотя, положа руку на сердце, частично согласна. Ладно, Света, не отвлекайся, надо как-то разводить этих петухов.

– Антош, пойдем, нам еще труп осматривать.

– Подожди, сейчас объясню твоему знакомому, в чем он не прав, это недолго.

Так, не выходит.

– Кирилл, ну хоть ты остановись! Тебе вообще нельзя драться, у тебя же того…лицо!

Получилось криво, конечно, но на меня все же глянули своими голубыми глазищами, от которых пульс опять пустился галопом.

– Прости, – он даже головой тряхнул, будто приходя в себя. – Черт, не знаю, что нашло. Товарищ лейтенант, прощу прощения, мне, пожалуй, и правда стоит уйти.