Сезон оружия

Среди них не было ничего, напоминающего «не убий», «не укради» и «не прелюбодействуй». Законов в ВР было мало, они были совсем простыми и именно поэтому должны были соблюдаться неукоснительно.

Убивать было можно и убивать было нужно, ибо в противном случае ты рисковал лишиться всех прочих прелестей виртуального мира навсегда.

Убивать было нужно, чтобы не убили тебя. Ибо убитый до смерти в соответствии с сетевыми законами не имел права на повторное возвращение в «большой» или «единый» виртуальный мир.

Убитому до смерти оставались только локальные развлекательные или рабочие виртуальные пространства.

Теоретически неприкосновенны были лишь полицейские. Убить полицейского и стать коп-киллером означало автоматически навлечь на себя большие неприятности. И тем не менее желающих укокошить пару-тройку блюстителей закона прибывало с каждым днем. Ведь сладость запретного плода в десятки раз превосходит сладость самого забористого оргазма…

Борьба с коп-киллерами, на которой специализировался Августин, была его хлебом (именно за это ему и платил Департамент Безопасности).

В ВР было сравнительно мало полицейских – гораздо меньше, чем в реальной жизни. В отличие от Августина, большинство из них занималось средней руки нарушителями сетевых законов. То есть выслеживало и лишало доступа тех, кто отважился на несанкционированный вход в ВР с помощью собственной незарегистрированной установки, «форсажа». (Имея много денег и чуток храбрости, форсаж можно было купить на черном рынке).

Между делом полицейские очищали ВР от «шатунов» – виртуальных оболочек, которые во всем идентичны аватарам реальных людей и чье отличие от последних заключается лишь в том, что за каждым законным аватаром стоит человек, а за шатунами не стоит ничего, кроме программной симуляции.

Целое подразделение коллег Августина занималось исключительно тем, что контролировало точки входа на второй уровень ВР. Он имел множество эпитетов – «подземный», «нижний», «сбойный», но чаще всего помпезно назывался Утгардом.

Глава 2

Рай в преисподней

1

Два восьмиосных «Изюбра» уверенно пылили по шоссе в сторону Москвы. Любой слепец, даун или младенец, пожелай он узнать, а кому же, интересно, принадлежат эти ревущие машинки, удовлетворил бы свое любопытство незамедлительно.

Во-первых, на их бортах сверкали рубиново-красные двухметровые буквы «ВИН». Для младенцев.