Без пощады

– Нет! Ни в коем случае! Не пейте!

Куда там!

Меркулов сделал несколько глотков, а остатками воды умылся.

– Дрянь, – сказал он, подымаясь на ноги. – Как мел с йодом. Но пить можно. Понял, лейтенант?

И пока я, остолбенев, соображал, как бы поскорее устроить психу промывание желудка, Меркулов продолжил:

– А раз пить можно здесь, почему дальше нельзя? Злочев говорил, что вода в ручьях, как желе? Очень хорошо. Значит, ее надо не пить, а есть. Только и всего!

– Но комендант лагеря… – пролепетал я.

– Ребята, я вас не понимаю, – задушевно сказал Меркулов. – Почему вы так легко согласились, что какой-то клонский майор-недоучка умнее, чем вы, кадровые офицеры российского военфлота?

Глава 2

Таня

2616 г.

Кенигсберг, Российская Директория

Планета Земля, Солнечная система

– У Таньки ужасный характер!

Так говорили Танины одноклассники. Так считали Танины учителя.

Когда Таня поступила на факультет истории внеземных культур, эстафету подхватили одногруппники и преподаватели.

Словом, «характер» прямо-таки преследовал Танечку Ланину. И совершенно непонятно было, куда от этого характера деваться.

Когда после окончания университета Таня устроилась на скромную должность лаборантки в Кенигсбергский научно-исследовательский институт ксенологии (КНИИК имени Ю. Кнорозова), вместе с ней в сектор полевых исследований (именовавшийся попросту Лопатой) поступил и ее пресловутый «характер».

– Эта новенькая – она такая странная, – заметила аспирантка третьего года Жанна Скрябина, недовольно морща свой царственный носик.

– В смысле? – Старший научный сотрудник Оленька Белая неохотно оторвалась от зеркала, спрятала в косметичку тюбик жидкой помады кораллового цвета и вопросительно посмотрела на Жанну.

– Я к ней со всей душой, а она…

– А она? – Оленька снова уставилась в зеркало и принялась поправлять прическу. – Что – она?

– Понимаешь, я думала ее пригласить сегодня… Ну, на сабантуй. Сказала, заходи вечером в «Палисад», выпьем абсенту, потанцуем… Тем более повод есть и все такое… А она сказала, что танцевать не умеет, абсента не пьет и мне не советует.

– Мало ли… Может, она и впрямь абсента не пьет… Потому и на сабантуи наши не ходит.

– А мы кто, получается? Алкоголички, что ли? Она на это намекает, да? Вот ты мне скажи – на это она намекает?!

– Да кто ее разберет, твою Таню, – пожимала плечами Оленька.