Проект «Апокалипсис»

Так мы им через систему вентиляции пускали не очень веселящий газ, и потом брали их чихающими и рыдающими в обнимку друг с другом – голыми руками, прошу заметить.

Так что я примерно знал, как выглядит воздуховод, и довольно быстро отыскал неприметную коробочку. За несколько ходок к своей базе (приклеенная к ладони карта показала себя превосходно), я перетащил к дому охраны весь найденный клей и прихваченную с собой ступню.

– Эй, там, снаружи! Я слышу, как ты ходишь, – раздалось вдруг через стену.

Странно, а до этого он молчал.

– Ты ведь из наших, да? Не молчи, умоляю, иначе я тут сойду с ума!

Голос хриплый, мужской – лет сорок-сорок пять – и невероятно уставший.

– У меня ведь там осталась жена, дочь… – мне показалось, или он пытается не разрыдаться? – Ну же, не молчи! Если ты один из этих, то хотя бы зарычи, тварь!

Кстати, он знает, что я здесь один. Так почему он не выйдет и не прикончит меня? Боится, что нас здесь больше?

– Слышишь, ты!

Ну вот, уже и голос повышаем, кулаками в стену стучим, отвлекаем.

Не выдержав, я тоже бухнул кулаком в стену. Все же, хоть я и мертвяк, но нервы у меня тоже не железные, и выслушивать истерики взрослого мужика уж точно не входило в мои планы.

– Это… Это знак? Отзовись!

«Бум! Бум!»

А я что? Мне не трудно…

«Бах! Бах!»

– Стукни один раз, если понимаешь меня!

«Бах!»

– Слава богу! Я знал, я ждал, что за мной придут… А эти… Они уже ушли?

«Бах!»

– Я сейчас! Сейчас открою…

И он зашумел-завозился у двери.

Наверное, это должно было что-то изменить – одно дело, когда он где-то там внутри шумит, а я даже и не убиваю его, а просто вывожу из строя оборудование, которое поддерживает жизнь этого старика, или кто там сейчас ко мне ломится.

И совсем другое, когда мы с ним окажемся нос к носу. Интересно было бы взглянуть, как будет меняться выражение его лица… Вот только охранники нынче пошли сплошь нервные и вооруженные, а это сочетание ну никак не способствует долголетию… По крайней мере у зомби.

Раздумывал я долго, аж целых полторы секунды. На одной чаше весов жизнь какого-то доживающего свой век пенсионера, только и годного что сторожить уединенное кладбище, а на второй – моя собственная и всего человечества в придачу, ведь без моих знаний эпидемию не остановить.

Поэтому, когда дверь распахнулась, я уже был наготове.