Печатник. Печать Тьмы

– Вы только посмотрите, какая забота, – притворно умилился Поцук, – его не волнует суровый приговор, он больше обеспокоен самочувствием своей любимой! – языкарь откровенно любовался юношей, который хлопотал вокруг рыдающей Фелины, отдавая приказы и отгоняя от нее назойливых стражников. Те возмущались, но уступали его напору, опасаясь применять силу в зале Откровения.

Наконец, девушка успокоилась.

– Господин судья, – вдруг сказала она, – Могу я сказать?

– Разумеется! Вы вспомнили что-то еще?

– Да, ваша честь.

– Мы примем ваши слова к сведению, – кивнул главный судья, и на чашу весов лег еще один белый камень.

– Ваша честь! – подала вдруг голос вторая из присутствовавших в зале дам – та самая толстая торговка, у которой был еще и не менее крупный братец. Который, кстати, тоже находился здесь.

– Да, госпожа Милана?

– Он врет! И она, эта девка, тоже врет! Не мог он ей в любви признаваться.

– Это почему еще? – удивился судья. Клеветники и языкарь молча поддержали вопрос.

– Потому что он влюблен в меня! – томно выдохнула толстушка и прижала руки к своей необъятной груди, ласково улыбаясь Айвену.

Вор чуть не проглотил собственный язык от такого поворота событий:

– Да я ее вижу второй раз в жизни!

– Ты мне сам говорил! У меня и свидетель есть, брат мой! Марек, скажи!

– Возражаю, ваша честь, в данном случае родственник выступает как лицо заинтересованное.

– Возражение принято, – на удивление быстро согласился судья Орис.

– Я просто яблоко хотел у нее купить. Только она продает свое гнилье по семь медяков за штуку! Мне пришлось четыре медных монеты выложить только за то, что я подержал яблоко в руке, – вспылил юноша. И больше всего ему хотелось обелить себя в глазах прекрасной Фелины, взирающей на происходящее со странной смесью ужаса и недоумения.

– Милый, но как же все эти твои слова про мои нежные руки, про мою утонченность и про любовный жар?

– Вы слышите? Да у нее просто жар и она бредит! Воды, принесите кто-нибудь холодной воды, и выведите ее из зала! – перебил торговку языкарь. Сразу трое помчались выполнять его приказ. Кажется, симпатии всех присутствующих теперь были на стороне несчастного вора.

– А еще она замужем! Вон и кольцо на пальце, – внес свою лепту Айвен.