Печатник. Печать Тьмы

– На прекрасную госпожу Урс! Забудьте о том, что она дочь всеми нами любимого господина Рабена, забудьте о том, что она племянница всем нам известной госпожи Ульрины Урс… – Айвену показалось, или при упоминании тетушки потерпевшей испуганно вздрогнул даже сам судья Оррис? – В первую очередь перед нами невероятно обворожительная девушка, чей взгляд подобен свету звезд!

– Звезды, они ведь крохотные? – вслух размышлял Айвен, – А у нее вон какие глазищи!

– Вы, господа судьи, разве вы не видите, что наш молодой – очень молодой – человек просто-напросто влюбился, влюбился по уши, как это часто бывает в его годы? Вспомните себя в юности, господа клеветники, и представьте, что вам небеса даровали счастье повстречать на своем пути такую прекрасную девушку? Разве вы устояли бы? Вы называете моего обвиняемого вором, но взгляните на него, ведь на самом деле он самая настоящая жертва! Он украл кольцо, но его потеря неизмеримо больше, ведь у него похитили само сердце!

Айвен с недоумением уставился на свою грудь и задумчиво почесал затылок.

– Будем ли мы губить столь юную душу, бросая ее в безжалостное горнило тюремных печей из-за какого-то кольца?

– Э-э-э… Вообще-то, в Боргарде несколько… прохладно, – заметил клеветник.

– Взгляните в эти честные и полные раскаяния глаза, господа судьи – разве вправе мы обвинять подсудимого в том, в чем любой из нас однажды, а то и не раз, был виновен? В том, что он влюбился без памяти? И разве можем мы его судить за это, и сажать в тюрьму, вместе с кровавыми убийцами и неумолимыми проповедниками?

С тихим стуком на чашу весов упал еще один белый камень.

– Между прочим, оно было с сапфиром! Подарок папеньки… – робко прошептала девушка, но ее услышал один из клеветников и вскочил с места:

– Вы слышали? – радостно завопил он, – Украл подарок любимого папеньки. Который, как мы все прекрасно помним, начальник городской стражи!

– Не украл, а решил взять на память с дозволения самой госпожи! – выкрикнул Поцук, и в его голосе утонул стук черного камня, брошенного судьей на «чашу грехов».

– Как это, с дозволения? – удивленно повернулись в сторону языкаря судьи.

– Как это, с разрешения? – одновременно в ту же сторону повернулись клеветники.

– Как это, с дозволения госпожи? – не остался в стороне и сам Айвен.

– А вот так! Ты где стоял, когда крал… то есть брал яблоко и кольцо? – ткнул юноше пальцем в грудь господин Поцук.