Печатник. Печать Тьмы

Итак, я обвиняю Айвена в краже и в преступных мыслях в отношении самой госпожи потерпевшей.

– Э, простите, у вас есть заключение практикующего чародея-ментала или лицензированного храмового служителя с телепатическим даром? – подал голос Поцук.

– Нет, такого заключения у меня нет, – мотнул головой клеветник.

– Замечание принято. Обвинение в преступных мыслях снимается, – один из судей положил на чашу стоящих перед ним весов крупный черный камень. Камень поменьше он отложил в сторону.

– Прошу учесть тот факт, господа судьи, что обвиняемый неоднократно попадал в Боргард по схожим обвинениям, он является злостным преступником и карманным вором по своей профессии!

– Возражаю, ваша честь! Согласно данным судейского Информатория, обвиняемый не является членом воровской Гильдии, равно как и лицензированным карманником.

– Возражения приняты. Обвиняемый имел судимости, но согласно официальной информации, вором не является.

На чашу весов рядом с уже лежащим на ней черным камнем лег еще один, примерно такой же величины, а на пустую – маленький белый камень.

– Итак, господа судьи, господа клеветники, мой клиент – молодой, прошу особо это отметить – человек, который в жаркий день шел по своим делам по рынку… – взял слово языкарь, заложив руки за спину и расхаживая вдоль судейского стола. Голос его выровнялся и начал набирать силу.

– По своим воровским делам, конечно, – криво усмехнулся один из клеветников.

– Протестую, ваша честь! – вскинулся Поцук.

– Протест принят. Обвиняемый не является вором, это мы уже выяснили.

– Так вот значит шел он, мучаемый нестерпимой жаждой, и тут взгляд его упал на… – театральным жестом вытянул руки в строну красотки Фелины языкарь.

Девушка гордо выпрямилась, отчего высокая грудь ее еще сильнее натянула тонкую ткань и без того довольно таки обтягивающего платья. Взгляды всех без исключения присутствующих мужчин устремились к двум соблазнительным холмам, мерно вздымающимся в такт ее дыхания.

– На несколько сочных, спелых и ароматных яблок, которые так манят взор, и наверняка замечательно утоляют жажду, – продолжал Поцук.

– Эх, хороши яблочки… – мечтательно вздохнул один из стражей.

– Кстати, насколько я понимаю, среди свидетелей есть и те, кто задерживал обвиняемого? Господа, попрошу вас вспомнить – были ли у моего подзащитного при себе деньги, чтобы расплатиться за пару яблок?

– А то как же! Сорок три серебра и десять медяков, – отозвался стражник, который обыскивал Айвена при аресте.