Убийство на водах

Стоявшие у входа старинные напольные часы показывали половину второго. Посетители, изрядно уставшие от томительного ожидания, давали свидетельские показания и торопливо уходили. Их объяснения принимали два человека – станичный пристав Унтилов и незнакомый Боголепову худосочный господин с орлиным носом, напомаженными усами и глазами навыкате. Гостей карточного притона почти не осталось, за исключением Ардашева и Нижегородцева, уже отправивших своих жен в гостиницу.

Заметив появление следователя, штабс-ротмистр что-то проговорил незнакомцу.

– Капитан Круше, Вениамин Янович, помощник начальника пятигорской полиции, командирован Владикавказским управлением.

Следователь выдавил кислую улыбку:

– Боголепов Азарий Саввич. – Он окинул взглядом комнату. – Городовой сообщил мне, что здесь произошло смертоубийство. А где же труп?

– Я распорядился его убрать. Скоропостижно скончался один из игроков. Мы лишь предполагаем, что его отравили. Находящийся здесь доктор, – он кивнул в сторону Нижегородцева, – оказался свидетелем мучительной смерти погибшего.

– Но ведь бывают яды и медленного действия, а следственно, он мог попасть в организм и ранее.

– Может быть, и так, – согласился капитан. – Однако под телом мы нашли вот это, – он вынул из кармана носовой платок и раскрыл его, на белой отутюженной материи лежал червовый валет.

– Еще одна карта? – чуть слышно прошептал взволнованный следователь.

– Именно.

– Уж и не знаю, что и думать. Прямо черная метка какая-то!

– Только на этот раз ее оставили уже после злодейства, – заметил Унтилов.

– Так ведь и в Цандеровском институте червовую десятку могли сунуть в пиджак жертвы после убийства, – вмешался в разговор Ардашев.

Следователь нахмурил брови:

– А вас, господин адвокат, я попрошу не вмешиваться.

Присяжный поверенный пожал плечами:

– Как скажете, любезный…

– Что?! Да как вы смеете ко мне так обращаться! – задыхаясь от негодования, просвистел следователь, тряся поросячьими щеками. – Я вам не «любезный»! Нашли здесь полового!

– Вы зря обижаетесь, – спокойно парировал Ардашев. – Я хотел сказать любезный Азарий Саввич.