Лик над пропастью

 – Я хотел предупредить, что не сегодня завтра вас вызовет на допрос судебный следователь Леечкин. После чего дело, вероятно, закроют. Да-с…

– А подпись его? – задумчиво выговорил Ардашев.

– Его-с, не сомневайтесь. Тут вензелей – что у карачаевского барана завитушек. Старался, сердешный, выводил перед смертью. Знал, видать, что сличать будут. В этих художествах – один плюс: подделать трудно. Хотя, – он в задумчивости почесал подбородок, – во втором годе был у меня один «рисовальщик», из Одессы. Для него любую подпись изобразить – детская забава.

– Но почему текст набран на машинке? В таких случаях обычно пишут от руки.

– Н-не знаю, – замялся полицейский. – В конторе убиенного стоит «Ундервуд».

Присяжный поверенный взял оба листа, посмотрел их на просвет и совместил подписи – они совпали. Он повернулся и хотел что-то сказать, но в разговор вмешался доктор Нижегородцев:

– Позвольте узнать, Ефим Андреевич, видны ли следы пороха на кисти правой руки?

– А я разве еще не сказал? – сыщик округлил глаза.

Доктор покачал головой.

– Все чин-чином: сгоревший порох имеется и на руке, и вокруг височной области.

– Оружие его?

– Да. Тот самый наган, которым он размахивал в Коммерческом клубе. Куплен в магазине «Выстрел» на Николаевском проспекте. Я проверил – все сходится. Да-с…

– А сколько патронов осталось в барабане?

– Патронов? – насторожился Поляничко. – Как сколько? Шесть, конечно! В сейфе, на полке, мы нашли распечатанную пачку на четырнадцать штук. В ней как раз осталась ровно половина.

Но там еще и россыпь была. Мы все описали и сфотографировали.

Ардашев сделал несколько глотков чая и, глядя на упавший под ноги вишневый лист, спросил:

– А какого цвета были чернила в его письменном приборе?

Поляничко заерзал, будто угодил в купоросную лужу. Покусывая кончик уса, он наконец выдавил из себя:

– Не помню, не до того было. – И вдруг поднялся. – Пора мне, пойду… Вот ведь как бывает: жил человек, жил, радовался, в картишки перебрасывался, а потом задумал вывести более удачливого игрока на чистую воду.

Почитай, год за ним следил. Казалось, повезло – почти за руку поймал. Чувствовал себя победителем. Раструбил на всю округу. Вроде бы все шло как по маслу. Но нет. Судьба выкинула такой фортель, что упаси Господи! Трагедия. Да-с… – Он махнул рукой. – Вы меня не провожайте. Честь имею кланяться.

Глядя вслед удаляющемуся полицейскому, доктор печально выговорил:

– А если разобраться, Поляничко, в сущности, прав.