В шкуре демона. Железный Орден

И почти не удивился, вскоре услышав вкрадчивый баритон:

«Вижу, тебя можно поздравить? Ты еще жив».

«У меня есть сомнения в том, что ты этому рад…»

«Почему же?» – картинно удивилось божество и вдруг рыкнуло. – «Я, как-никак, спас твою никчемную жизнь!»

Но нынче божий гнев уже не казался столь грозным, как ранее.

«В первую очередь, я спас ее сам!» – огрызнулся я. После происшествия с Верховным Жрецом, пиетета к Зогу у меня резко поубавилось.

«Что? Это? Было?» – спросил я его, и он сразу понял, о чем идет речь.

С полминуты Зог молчал, нагоняя холод, который сегодня, почему-то, меня особо не беспокоил.

«Я запаниковал» – наконец ответил он. И это признание дорогого стоило. – «Ганешу и остальным совершенно незачем знать, что я вступил в игру. Держись подальше от их жрецов и убивай их при первой возможности».

«Тебе не кажется, что если б ты, хоть немного посвятил меня в свои планы, я бы не попадал в такие ситуации? Зачем тебе я?! Чего ты добиваешься? Кто ты такой вообще есть? Как ты связан с этой божественной троицей?! Я хочу ответов!» – последние слова я уже мысленно прокричал.

Что сказать? Достал меня этот мутный субъект неимоверно!

«Да ты знаешь, с кем разговариваешь, червь?» – рассвирепел бог, и меня окатило новой ледяной волной. Но мне было плевать. После того, как я столько раз побывал на грани смерти, эти штучки стали скорее раздражать, чем пугать.

Я вдруг рассмеялся.

«Ха-ха… А знаешь что? Я уже даже уверен, что хочу все знать. Более того, все более задумываюсь: а так ли очевидна для меня твоя полезность? Одним своим присутствием ты втягиваешь меня в мутную божественную разборку, которая мне на хрен не сдалась, а любая твоя помощь обставляется новыми условиями и чревата неприятностями.

Ну вот и скажи. Оно мне это вообще для чего?»

Некоторое время Зог обиженно сопел, нагоняя на холод и темный ужас, но откуда ни возьмись взявшийся по*уизм легко отбивал все его ужимки.

То ли бог не ожидал такой отповеди, то ли посчитал, что подобным маринованием сможет подрасшатать мне нервы, но я решил его немного подстегнуть к прояснению ситуации:

«У меня есть стойкое подозрение, что мне некуда возвращаться.

Агрбадан здесь, как и я, а это значит, что мое тело, скорее всего, мертво. А это, в свою очередь значит, что я здесь очень надолго, возможно, даже навсегда. И я тут подумал… Я даже и не против содействия тебе. Но я хочу быть не слепой марионеткой, а твоим партнером. Который разумеет, что к чему и разумеет свою выгоду».