SEX и демоны

Маленький, едва мне по пояс лупоглазый уродец был приставлен ко мне в виде личного слуги, камердинера, распорядителя… Думаю, если бы я даже захотел его употребить в интимных целях, он и на это бы радостно подписался…

Бр-р-р… От одних таких мысли сделалось дурно. Откуда они в моей голове?

Может из-за того, что я еще ни разу не видел моего папаню, без парочки полуобнаженных демонических красоток в ногах?

Еще неделю назад я рос обычной жизнью российского подростка конца двадцать первого века. Виртуалки, гемм-дэвы, первый курс универа, попойки, копание под первой «ласточкой», что подарила мне бабушка на 18-летие, пока… Впрочем, об этом потом.

– Откушаете завтрак, хозяин?

Гм… Есть не хотелось. Что, впрочем, и не удивительно. На завтрак тут съедали кабана, на обед корову, а на ужин целого слона. Мой вечерний слон еще не переварился полностью, от того подселять к нему в желудок еще одного жильца не было никакого желания.

Я отрицательно мотнул головой, и уродец грустно вздохнул, став на мгновение похожим на мою бабушку, что также вздыхала, когда я не мог впихать в себя девятый по счету блин.

– Тогда позвольте мне ознакомить вас с вашим расписанием, хозяин… Ваш отец сказал, что… э-э-э… «хватит вам сидеть без дела»!

Сие расписание оказалось нехило так утрамбовано. Уже завтра с утреца должен был пожаловать некий господин Тэнг – лучший, как говорят, фехтовальщик всего Демавенда, за ним господин Аньен – историк, культуролог и просто многоученый муж, а после обеда за меня возьмется господин Сантун – бывший придворный маг Князя Бабалуха.

Вы можете удивиться, почему это я так спокойно разгуливаю по покоям здоровенного трехметрового демона и не разеваю в офигевании рот? Ха-ха! Еще неделю назад так именно и было. Закованные в броню Гвардейцы на каждом углу, магия, что заменяет здесь технику, кланяющиеся страхолюдные твари в коридорах, гости папаши – свирепые демоны и полуобнаженные демонессы, что смотрят на тебя так, будто ты приглашен к ним на обед в качестве первого блюда…

Но, как это ни удивительно, я довольно быстро подобрал челюсть и принял цитадель моего отца такой, какой она есть, в комплексе с самим отцом, сотнями его поданных и величественно дрейфующей Гроздью за окном.

Под конец цветастого жизнеописания Сантуна, коим зачем-то решил меня попотчевать Шек, я уже изрядно позевывал, и уродец мгновенно уловил подступающую к молодому господину скуку.

– Но это все завтра, молодой господин.