Игры богов

– Никто.

– Как думаешь – почему?

– Не знаю, – растерянно протянул Бес.

– У меня странное чувство, – сказал Бродяга.

– Какое? – осведомился Бес.

Солнце уверенно взбиралось по небу, и тени понемногу возвращались к владельцам.

– Мне кажется, что ты мне не все рассказал. – Бродяга повернулся к Бесу всем телом.

Бес встретил его взгляд спокойно, хотя спокойствие это потребовало усилия. Усилия настолько большого, что Бес не уловил стремительного движения правой руки Бродяги.

Вернее, уловить-то он его уловил.

Он увидел, как правая рука Бродяги, качнувшаяся к седлу, сжала висящую в петле секиру. Он увидел даже, как секира приближается к его голове. Увидел, но ничего не успел предпринять.

Секира ударила. И для Беса все исчезло.

– Исчезни, – сказал Ясик.

Не открывая глаз, что-то невнятно пробормотала Дева, лежащая справа от него. Что-то в том же духе. Ночь прошла бурно, Ясик был партнером требовательным, а Дева хоть и испытывала к Ясику чувства, далекие от любви, но уступать в изощренности и выносливости кому бы то ни было не собиралась.

После бурной ночи нужно было для разнообразия поспать, хотя для богов сон не был необходимостью. Скорее – удовольствием.

И вот это самое удовольствие и пытался порушить Громовержец.

– Исчезни, – сказал Ясик, – а не то…

– У меня важная новость, – сказал Громовержец, нервно передернув плечами.

Угрозы Верховного, пусть даже полусонного, были вещью опасной. Правда, самым опасным было то, что он мог свои угрозы осуществить еще до того, как проснется окончательно.

У Громовержца отчего-то заныло колено.

– Засунь себе эту новость знаешь куда? Вот туда, куда подумал. – Ясик снова закрыл глаза.

– Я знаю, кто такой Разрушитель, – сказал, собравшись с духом, Громовержец.

С грохотом по скале на берегу пробежала трещина. Громовержец вздрогнул и чуть было не попятился.

Главное сказано. Теперь отступать поздно. Теперь Верховный в любом случае будет вынужден проснуться.

– А за свои слова ответишь? – Ясик вдруг оказался возле самого Громовержца, на расстоянии вытянутой руки.

И рядом с ним вдруг очутилась и Красотка.

– Отвечу, – выдавил из себя Громовержец.

– Ответишь… – Ясик чуть наклонился, чтобы заглянуть Громовержцу в глаза.

Так уж сложилось, что Ясик ростом был выше всех богов. Никто из них не отваживался перерасти Верховного.

Громовержец каким-то чудом взгляд выдержал.

– Говори, – сказал Ясик.

– При всех. – Голос Громовержца опустился до шепота.