Поступь империи: Поступь империи. Право выбора. Мы поднимем выше стяги!

Но вместо ответа один из служек, молодой парнишка-конюх, проводил барона к нам.

Вот тогда-то я и увидел растерянные глаза датчанина, успокоившегося сразу же, как только он увидел меня в относительной целости и безопасности.

– А я-то уж подумал… – расслабился он, опускаясь на одинокую тумбочку, стоящую чуть ли не на самом проходе.

– Беспокоился? – удивился я.

– О потерянных возможностях, – хмыкнул Артур, переведя дух. – Я, как услышал выстрелы, сразу бросился обратно, да, видать не успел чуток. Только трупы обнаружил и одного калеку, валяющегося в крови.

– Что прошло, то прошло. Знакомьтесь, господа: барон Артур Либерас и поручик гвардии Преображенского полка Кузьма Астафьев.

Познакомленные поклонились друг другу, показывая, что они познакомились.

– Прошу меня извинить, судари, но я вынужден вас оставить, Никифор проводит вас в ваши покои. И тебя Артур в том числе, – криво улыбнулся я, чувствуя, как немеет правая конечность.

– Конечно, – ответили они.

Я же встал и пошел к себе в спальню, глядя из окна на то, как пятеро гвардейцев из пары десятков постоянно находящихся при мне вылетают на улицу под предводительством своего командира – капитана Михаила Нарушкина.

Прошло уже больше недели с той поры, а воспоминания схватки порой продолжают будоражить кровь. Хорошо хоть уроки фехтования с Оливером не пришлось прерывать в связи с ранением, все же рабочая рука у меня левая, а не как у большинства.

Встрепенувшись, я сбросил оковы задумчивости и посмотрел на Сашку, несущего в руках небольшую кожаную сумку, до поры до времени одиноко лежащую на столе рядом с входом.

– Недавние разговоры на наших посиделках воплотились в жизнь, друзья! – счастливо сказал Александр, демонстрируя нашей компании закрытую сумку.

– Потрогайте ему лоб, – предложил сидящий рядом с бароном Николай Волков, сын купца, входящего в Золотую сотню (сто самых богатых купцов Руси, которые до прихода к власти Петра держали почти все сферы торговли, в том числе и внешней).

– Мысль здравая, – согласился я с данным предложением, с улыбкой глядя на молодого рязанского помещика.

– У вас что, такая же короткая память, как у придворных дам?! – нахмурился Сашка, но тут же улыбнулся, увидев, что мы всего лишь шутим.

– Давай, показывай скорей, что ты там принес, – сказал Кузьма, заинтересованно поглядывая на закрытую сумку.

Как-то в один из вечеров, когда мы сидели впятером, попивая пивко, зашла речь об элитных войсках стран Европы и Азии.