Когда ты устанешь от жизни

Зато Каин теперь понимает отчётливо, что кем бы и чем бы он ни был, каких бы высот ни достиг, таким – убийцей брата – его не примут и не поймут никогда. И он решает совершить самоубийство, избавив себя таким образом от невыносимых душевных терзаний.

Художественные интерпретации библейских сюжетов далеко не всегда бывают удачными. Однако однобокая черно-белость вторых тоже порой вводит в ступор. Насколько это соответствует действительности и насколько может быть к ней применено?

Здесь интересна подача главного персонажа, его эволюция от жестокого и хладнокровного убийцы, эгоистичного и малолюбящего, если вообще любящего, сына, мужа и отца до любящего мужа и родителя, мудрого правителя и, наконец, до человека, способного на глубочайшее раскаяние и даже жертву (самонаказание).

Возможно, я беру не самый удачный пример, но он вполне показателен.

А вот ещё один. Из отечественной кинематографии. Фильм "Остров" с Петром Мамоновым. Как бы кто ни относился к церкви и вере, история, рассказанная в н?м, однозначно проникает в душу и однозначно задевает самое нутро.

А как бы я ш?л по жизни с таким грузом вины за предательство и убийство товарища?

Персонаж Мамонова в самом начале осознанного жизненного пути смалодушничал и застрелил (как он думал) по приказу фашистов своего старшего товарища в надежде остаться в живых самому. Его подобрали монахи, и всю свою последующую жизнь он провёл в самоотреч?нном служении Богу, достигнув в процессе таких глубин своего существа, что люди мирские начали почитать его за святого.

И он действительно творил чудеса по меркам человека, не приученного либо не считающего нужным копаться в собственном нутре. Как у него сие выходило, рассуждать не возьмусь, но одно соображение вс? же имею. Не мо?, позаимствованное из другого художественного произведения, из серии "Отец Браун" Честертона.

Однажды этот отец Браун, католический священник и детектив-любитель два в одном, разоблачил играючи убийство, совершенное его коллегой пресвитерианцем, и на изумл?нное последнего: "Вы что, дьявол? ", ответил, просто, что во всех нас живут одни и те же демоны, и потому догадаться было несложно.

Ещё один католический деятель, Фома Кемпийский, в сво?м труде "О подражании Христу" писал, что человеку, возрастающему в праведности, непременно открывается и бездна ада.

Бог троицу любит, как говорят. Поэтому возьму ещё один классический пример раскаявшегося преступника.