Когда ты устанешь от жизни

***

Обычно они проходили всегда сумбурно и шумно, потому что наша учительница, невысокая эмоциональная женщина, явно была здесь не на сво?м месте. Быть казашкой и владеть казахским языком недостаточно, чтобы уметь его преподавать.

Она никак не могла организовать дисциплину, е? не слушали, над ней потешались. С материалом была полная беда, она не знала, как его преподнести. Авторитета ноль, методика слабая, и потому урок всегда превращался в бедлам.

Однако сегодня на казахском непривычно тихо. Все слушают высокую статную женщину, которая пришла на замену заболевшей учительницы.

Сначала она обращается по-казахски к единственному казаху в классе и, когда тот смущённо молчит, начинает стыдить его и убеждать учить родной язык, иначе какой ты казах. Потом обращается к остальным, большинство из которых русские, украинцы и немцы, с таким же призывом – учить казахский язык, мол, пригодится.

Мне, говорит она, когда-то мой отец сказал – учи русский, без русского ты ничего не добь?шься. И я учила.

Откуда она могла знать?

***

2017-2018-й год. Караганда.

На факультете иностранных языков, где я работаю, нашествие китайских студентов. Они приехали по обмену с нашими студентами.

Из наших отправляют только казахское отделение по лингвистическим и прочим соображениям. Китайские студенты приезжают в Казахстан за русским языком, который, если брать глобально и дотошно, остался по большому сч?ту здесь на второстепенно-вспомогательных ролях.

И что особо примечательно, китайцев обучают русскому исключительно преподаватели-казахи, окончившие в сво? время советскую школу, а кто-то и вуз, и потому владеющие русским как родным.

Выходит, пусть хоть так, но пригодился.

Китайские студенты очень отличаются от наших. Они все ходят чуть не строем, и очень шумные во время перемен. Однако на уроке у них царит порядок, и они хором, громко и старательно повторяют за преподавателем русские слова и выражения.

Я наблюдаю за китайскими студентами в столовке и думаю, как странно, у них с Россией нет общей более чем двухвековой истории совместного добровольного проживания, взаимодействия и взаимовлияния на одной территории, и нет ничего похожего в перспективе.