Когда ты устанешь от жизни

И бесполезно ему говорить, – возбужденно рассказывает учительница, – на это просто уже невозможно смотреть. Давайте уже сделаем что-нибудь.

– Я знаю его отчима, они в соседнем доме живут, я с ним поговорю, – решает тут же мать.

– Поговорите обязательно, и мать надо вызвать, пусть классный руководитель вызовет мать. Это надо скорей прекратить. Вы же видели фильм “Чучело”? Вот так и он над ней издевается, а другие ему помогают. Не понимаю, за что они так, – продолжает сокрушаться учительница.

– Вы разрешите мне поговорить с классом? – вдруг предлагает мать.

– Да, конечно, проходите. Ребята, встаньте, пожалуйста.

Все встают, мать здоровается и представляется, по классу пробегает какая-то неловкость. Я уже прошла на свое место в среднем ряду и ближе к концу. Мой мучитель сидит прямо за мной через парту.

Мать после краткого предисловия делает интересный манёвр. Она просит меня подойти и встать перед классом. Мне от этого ещё больше не по себе, но я повинуюсь. И тут мать говорит:

– Посмотрите на неё, вы все её знаете.

Скажите, что она вам сделала? За что вы её ненавидите?

В классе повисает странная тишина, лишь изредка слышатся единичные ёрзанья. Я испытываю жесточайшее чувство стыда, стоя вот так, будто это я во всем виновата перед теми, кто меня травит, а не наоборот. И поскольку желающих на ответ не находится, мать обращается к моей близкой подруге, мол, скажи, ты же рядом всегда, почему они так. Подруга выдает интересную версию, мол, я думаю, это потому, что она не умеет поставить себя.

Интересную ещё и тем, что она один в один совпадает со словами матери “я думаю, ты просто не умеешь поставить себя”. Это был её ответ на мои первые и последние откровения по поводу травли. Это было три года назад, в первый мой год в новой школе. Третий класс, а сейчас уже пятый. Получается, что за все это время поставить себя мне так и не удалось, или, может, я просто не понимала, как это?

И тут поднимает руку девочка, которая была безоговорочной отличницей до моего появления в классе, и, к удивлению всех, говорит:

– А что она всегда всё знает? Её что ни спросят, она всё знает.

– Так ты, получается, завидуешь ей? – сразу находится мать.

Девочка не отвечает, только смотрит недружелюбно. От других инициативы, включая главного зачинщика и вдохновителя, мать так и не дождётся. Мои злоключения на этом, разумеется, не закончатся. Травить меня будут и впредь до тех пор, пока в классе не появится новенькая, да и то отстанут не сразу.