Осколок ордена

Сейчас Стас один из тех, кто отвечает за продовольственное обеспечение Москвы. Он вечно в разъездах, на совещаниях, планерках, сегодня лишь чудом выкроил пару часов, чтоб приехать сюда. Чуть поплыл в талии, стал обзаводиться лысиной, но женщины бы однозначно сказали, что он еще очень даже ничего.

Третий человек за столом – их давний партийный босс Константин Евгеньевич Рассадин. Ему около пятидесяти, но одет броско, по-молодежному. И лицо такое, будто он вчера сделал подтяжку.

Рассадин крутит головой, рассматривает зал ресторана, выворачивает нижнюю губу:

– Нехило, честное комсомольское, нехило! И говоришь, не пустует заведение-то?

– Некоторые столики на месяц вперед расписаны.

– Ну да, ну да, – понимающе кивает Рассадин. – Что дела идут успешно, можно по охране твоей судить. Ребятки вышколенные, спинки прямые, лица суровые – хоть к Мавзолею ставь. Ты их не в Голливуде нанял, а?

– У всех черные пояса, – сказал Алан.

Рассадин тихо засмеялся:

– Купили небось. А вообще, не можешь ты без понтов, друг мой ситцевый.

– Я родился и вырос в Москве, – сухо ответил Алан. – Кавказ тут ни при чем.

– При чем, дружок. Суть ведь не в прописке, а в крови. Вот посмотри на Стаса. Он деньжищами ворочает – не в пример тебе, к министрам двери ногой открывает, а держит сидящего против твоих тихого скромного человечка, который небось или в ФСБ служил, или в десантуре. Так, Стас?

Стас этой встрече не очень рад, не скрывает это и смотрит на часы:

– Константин Евгеньевич, вы хотели с нами поговорить по делу… Я через полчаса ухожу.

Рассадин кусает губу, с иронической улыбкой смотрит на Стаса:

– И в этом полет виден. Хорошо себя держишь. Скажи спасибо старой школе воспитания.

Алан тоже замялся на стуле:

– Евгенич, мне тоже надо… Деловая встреча…

Рассадин покачал головой:

– Вот чем Россия от Испании отличается, где я прекрасно пожил почти пять лет: здесь все деловые, все суетятся. Никто не живет в свое удовольствие.

– Зачем же вы вернулись? – спросил Стас.

– Да, три дня назад вернулся. Зачем – чуть позже скажу, а сейчас загадку вам загадаю. Знаете, кого в тот час, когда я прилетел, в аэропорту встречали? Телевидение, газеты? Ого-го, какого человека! Которого вы в свое время обули, ребятки, и он никак не забудет это и не простит. Просто ваше счастье, он еще не знает, кто так классно это проделал. Разве может он подумать на вас?!

– И на вас, – сказал Стас.