Осколок ордена

Вокруг суетились Анна Федотовна, Сергей Иванович и некто в вязаной красной шапочке. Уши Андрея были словно забиты ватой, и голос Анны Федотовны звучал как бы издалека-издалека:

– Как же ты его дотащила, девонька?!

– Он легкий. И потом, немного сам шел, я только плечо подставляла.

– Ишь, как его в пот бросило. Надо хоть у горла рубаху расстегнуть…

Эта фраза привела Андрея в чувство. Не хватало еще, чтоб они шрамом любоваться начали.

– Все, – сказал Андрей. – Все, спасибо! Я сам теперь… Сергей Иванович, пусть все выйдут.

– Мы уходим, уходим, – закивала Анна Федотовна, а сама показала на ватман, лежащий на столике у изголовья. На нем был выполненный карандашом портрет женщины. Настя без труда поняла, что это был портрет Анны Федотовны.

Вышли в коридор. Женщина сказала:

– Меня рисует. Говорит, еще не закончил, а мне так очень нравится.

– Он художник?

Женщина не успела ответить, зазвонил телефон, и она поднесла трубку к уху:

– Появилась гостья, ага. Помогу, конечно… – И уже пояснила Насте.

 – Вадик звонил, спрашивал, встретил тебя Андрюша или нет. Не стала ему подробности сообщать, сама потом расскажешь.

– Вадик? Я не знаю никакого Вадика!

Анна Федотовна с улыбкой, по-заговорщически подмигнула девушке:

– Ну да, ну да, это ваши дела. Я в них вмешиваться не буду.

– Нет, – ответила Настя. – Это как раз я не хочу ни во что вмешиваться. Где моя тетрадка? А, я ее в комнате оставила, придется зайти на пару секунд. – И прежде чем это сделать, спросила: – У этого парня что, с головой проблемы?

– Не надо так, – подал голос Сергей Иванович.

 – Парень еле выжил, ему пули там, – показал себе на грудь, – все изрезали! Чечня – это тебе, девочка, не лесная прогулка. К тому же погоны снял, инвалидность… Понимать надо.

– Извините, – только и сказала Настя.

Зашла в комнату, взяла с тумбочки свою тетрадь.

Андрей лежал с закрытыми глазами, растирая ногу. По скрюченным пальцам Настя поняла, что стянуло судорогой мышцы.

– Снимай брюки, – сказала она.

Андрей открыл глаза, изумленно посмотрел на девушку:

– Нравы у вас, однако!

– Снимай, переворачивайся на живот и не скули. Массаж делать будем. Это я умею.

6

С того места, где стояли Рассадин с водителем, хорошо было видно, как по летному полю шли к зданию аэропорта пассажиры, прилетевшие утренним рейсом из Киева. Рядом со Стасом топала полненькая темная девушка, что-то говорила ему, и оба они улыбались. Улыбнулся и Рассадин.