Рассвет Земли

Трансформации проходили внутри моей души. Они начались еще вчера. Переживая эти трансформации, я много о чем думал и размышлял. О том, как на нас влияют люди. Как мы меняемся благодаря им. Как они меняются благодаря нам. О том новом, что они приносят в нашу жизнь. Как все эти процессы взаимосвязаны. О своем пути, о смысле жизни.

И именно на трансформационные процессы, проходящие где-то внутри меня, и пришел дух. Но он не был злобным или враждебным. Казалось, что он просто очистил меня от прошлого, от всех сомнений, переживаний, остаточных мыслей.

А что это была за собака? А это была не собака, понял я со всей очевидностью. Это был ангел-хранитель, который пришел мне на помощь, чтобы вернуть меня к себе, восстановить мою целостность и дать силы двигаться дальше.

Когда я все это понял, боль начала стихать. Постепенно я пришел в себя и смог подняться. Я набрал полную грудь воздуха, с удовольствием выдохнул его. И вместе с ним я выдохнул еще оставшиеся в моем сердце печаль и грусть.

Все пройденные курсы и семинары по взаимодействию с погодой, исцелению стихий, общению с духами, тренинги развития и личного роста, море прочитанной литературы – все это наконец сложилось в единую картину. Решение отбросить прошлое, посвятить свою жизнь задачам за гранью современной науки и заявить о себе окончательно созрело.

Настало время двигаться вперед. И я был к этому готов.

Катя меня полностью поддержала, хотя сама в то время еще была не готова ко мне присоединиться.

Сладкий «Октябрь»

Множество заблудших душ тянулись к кинотеатру «Октябрь» со всего Нового Арбата, со всех окрестных районов. Он, как свет, привлекал их всех, маня энергией новых впечатлений, эмоций, успеха. Их тянуло к нему как магнитом. Магнитом кино.

Заблудших было очень много. Они стекались туда со всего района и даже издалека, из разных мест всей столицы, со всей Москвы. Они шли туда за впечатлениями, за радостью, за тем, что они получали еще при жизни, только когда ходили в кино, когда ходили в кинотеатр «Октябрь».

Когда они еще были живы, они вели долгие разговоры на кухне с близкими, с семьей, с друзьями. Но о чем там было говорить? Была ли это жизнь, было ли что обсуждать в принципе? Конечно, они чувствовали, что что-то происходит не так, как должно происходить. Но не понимали, что с этим делать.