ИТ – начало пути

Иди, – снова настойчиво прозвучал голос.

Страх охватил ИТа. Он развернулся и быстрым шагом пошел прочь из впадины. А голос все твердил, и, чем быстрее ИТ шел, тем быстрее говорил голос – Иди, иди, иди.

ИТ бросился бежать, а голос превратился в свалку постоянного звука, в котором невозможно было разобрать слова. Он остановился возле дороги и только тогда понял, что голоса нет. Все произошедшее казалось нереальным, но черная треугольная пирамида напоминала о реальности произошедшего.

Пахали уже шла к горизонту, а Доосара перекатилась за зенит.

Эпизод 3.

Закрытый колоколом, ИТ увидел не все, что происходило. Камень, стоявший на вершине сомкнутых столбов, с первым ударом об колокол в нижней части стал красным, со вторым ударом в верхней части стал желтым, и, когда ИТ сделал третий удар, красный цвет колокола смешался с желтым и на миг озарил пространство оранжевым светом. Вспышка оранжевого света устремилась в небо, и оно на секунду засияло ярким свечением.

Если бы ИТ смог посмотреть в этот момент из космоса на планету, то увидел, как сотни вспышек оранжевого света озарили на секунду небо. Шел этот свет от таких же конструкций.

В это же время, в одном из морей планеты, в высокой башне, построенной на маленьком острове, возле огромного окна стоял старик Кртрим в одеяниях ордена Лаиголистов. Время забрало силы из его тела, и он с трудом стоял, опершись на посох.

Учитель, знак! – молодой Кртрим произнеся, склонился к старику.

Старик знал его по голосу, и не было нужды смотреть, кто подошел.

Да, брат, я видел, – даже разговор не мог отвлечь старика от мыслей, которые его одолевали.

Учитель, но что теперь делать? – продолжил молодой Кртрим. Было видно, что он возбужден.

Помоги мне сесть.

Молодой Кртрим бросился к креслу, стоящему недалеко. Старик устроился в кресле и продолжил:

Делайте как обычно.

Но учитель!? Это особый случай. Может, будут какие-то особые инструкции? – возмутился молодой.

Это не более особый случай, чем сотни предшествующих. Просто никто не дошел до вестника. До него… , – не торопясь произнес старик. – И если вы не смогли его в детстве привести ко мне, то не вижу, чтобы что-то изменилось сейчас.