Такие разные миры

Вот странная, зачем тогда говорить нам, если не собирается нас вытаскивать? Я едва услышал её из-за ламии, которая никак не унималась.

– Да уж! – я поднял голову, там стояла кукла.

На глазах она начала изменяться: стала немного повыше, на ней появилось чёрное кимоно, с накинутым на него белым хаори, рукава были не длинными, только до середины плеча. Я чувствовал, что из ран и ссадин на спине у меня пошла кровь. Кукла одним ударом руки выбила решётку.

– Эй, – я видел, что ламия сейчас ни на что не обращает внимания— видишь? А ты утверждала, что это не получится.

У куклы даже в полумраке сзади поблёскивали две серебряных каншаси, которые держали волосы. Она устремилась ко мне, рывком схватила за локоть и приподняла.

– Нам нужно как можно скорее выбраться отсюда, – таща меня, говорила она – к тому же я должна сообщить о том, что тут происходит.

– Отпусти! – я старался вырваться – Ну помоги же мне! – обратился я к ламии.

В коридоре послышался шум. Кукла на миг замерла, а потом пихнула меня в грудную клетку так, что я опять впечатался в стену и, наверное, содрал всю кожу со спины.

– Я Лю Со – из полумрака около меня появилась ламия – из разведки центрального Храма. Меня послали проследить за вами, потому что поступили сведения, – это значит, что только она в курсе – что тот, кто должен был вас сопроводить, – она бросила негодующий взгляд на причитающую ламию – вовсе не тот, за кого себя выдаёт.

– Её нужно взять с собой. – боль начала распространяться по спине и дрожащим пальцем я указал на ламию.

– Нет, – резко отрезала разведчица – во-первых, она преступница, а во-вторых, она слишком приметная, большая.

Да, это правда: хоть тельце у неё не и крупное, но из-за хвостика её заметно на большом расстоянии.

– А можно – Хун же пошла искать кристаллы – повременить? В скором времени должны заработать ловушки. Когда все противники будут заняты ими, мы можем спокойно пройти.

– Вы про Хун? – она выползла в коридор и начала крутить по сторонам головой – она с ним заодно, я тут была с самого начала.

Я кое-как встал, нога сразу заныла, я взглянул на неё: то, что соорудила на ней Хун, стало разваливаться.