Пропала Большая Медведица? Русский пьяный триллер

 – Ну что? Не вылезал, скажешь?

– Ну, это, вы- вылезал, – опять признался щупленький Веня, – так и что с того? А? Что с того? – заорал Венька.

– Значит, ты мой сахар и сожрал. Все знают, что ты за просто так сахар жрёшь, а в этот раз не взял сюда и всё время за чаем утром у ребят клянчишь, дай, да дай.

Серёга с Петькой переглянулись.

– Точно клянчил, – за двоих сказал Серёга, – и у меня, и у Петюни просил.

– Так я ж просил, а не воровал, – Веня перешёл почти на визг, – а кто у тебя спёр, я не знаю. Может, медведь приходил, скажи спасибо, что только сахар взял.

– Какой медведь, Венчик? – вступил в спор Илья, организатор охоты и по определению глава коллектива, его веское слово много значило. – Мы на острове, тут только зайцы и птицы, даже волков никто не видел.

– Во, во, – не унимался Мищенко, – утром я у Ильи из общей пайки последнюю порцию выпросил, завтра все чай без сахара пьют. Мужики, ну поймите, мне же никак без сахара, ну поймите, никак! – голос могучего Лёхи задрожал как у маленького ребёнка.

 – Я же могу просто-напросто коньки отбросить!

– Да ладно, мы что, чай без сахара один раз не попьём? – примирительным тоном произнёс Серёга, ему очень хотелось завершить этот никчёмный спор. – Мужики, хрен с ним, с сахаром, давайте спать! – сказал и широко зевнул вставной челюстью.

– Какой спать! – громкий голос Лёхи продолжал разрывать тишину. – Я же тебе твержу: как я завтра поплыву? Нам лагерь сворачивать, три часа плыть, потом ещё два часа до ближайшего магазина.

Раньше трёх нигде сахар не достану. А мне с утра надо! Как я завтра?

– Чё ты орёшь? Так тебе ж Илья столько рафинада выделил! Или я чего-то не понимаю? – это молчавший до сих пор Петька вступил в оживлённую дискуссию.

– Так я и вдалбливаю вам битый час, что Венька всё сожрал. В первую ночь жрал мой сахар, недожрал, во вторую жрал. Я ещё сквозь сон слышал, как кто-то хрустит около палатки. А? Скажи не ты? – и не дав ответить, продолжил читать свой обвинительный акт. – И сегодня выполз из палатки, думал, я уже сплю.

А я не спал, я как раз его караулил. Задремал уже да слышу: «Хрусть-хрусть, хрусть-хрусть». А Веньки всё нет и нет. Ну и я не выдержал! Выскочил и смотрю – стоит, делает вид, что на звёзды смотрит. А, ну скажи, ты там минут пятнадцать звёздами любовался, а?

– Слущайте, мужики, – Венька отодвинулся к кряжистой прибрежной сосне, вобрал плечи в себя, весь скукожился, словно ожидая, что сейчас его бить начнут, – ну, вышел я, да.