Заклятие Лусии де Реаль (сборник)

Покончив с ватрушками, Эдвин берет в руки хронику. Берет бережно, как большую драгоценность.

– Подумать только, этим записям наверняка больше четверти тысячелетия! – говорит он с уважением. – Ведь это история! Надо будет сдать эти записи в музей. Ты не возражаешь?

– Делай, что хочешь. Можешь оставить себе, хочешь – сдай в музей.

На этом молодые люди расстаются.

С тобой мне ничего не страшно

В черной, как нефть, воде бухты дрожат отражения портовых и корабельных огней. Бухту, деля ее надвое, пересекает лунная дорожка, прямая и узкая, как натянутый канат.

Сама луна, похожая на спелый лимон, неподвижно висит над портом в окружении равнодушно перемигивающихся звезд. У причалов и на якорях, осторожно поскрипывая, сонно покачиваются лодки и катера. Едва ощутимый бриз лениво перебирает листья олеандров и платанов, которыми усажена Набережная.

Откинув назад голову и подставив разгоряченное за день лицо освежающему ветерку, на краю длинной скамейки сидит, задумавшись, Эдвин. За день он исходил почти весь город в поисках работы, но все его старания были напрасными – работы как не было, так и нет.

Остается ждать случая. Но когда-то этот случай подвернется…

Сзади слышатся легкие торопливые шаги, и не успевает Эдвин обернуться, как теплые ладони закрывают ему глаза, и над головой слышится учащенное дыхание. И тотчас все тревоги и переживания Эдвина куда-то улетучиваются, и на душе становится спокойно и даже уютно. Он еще крепче прижимает к лицу девичьи ладони и так, неподвижно, сидит добрую минуту.

– Эд, ты не сердишься? – усаживаясь рядом и виновато заглядывая парню в глаза, спрашивает Мона.

– Я злой, как тот дракон, которого целый год не кормили молодыми красивыми девушками! – сердито рычит Эдвин. – Такой злой, что готов съесть тебя целиком! – Он обхватывает голову девушки своими широкими ладонями, притягивает к себе и крепко целует ее в зажмуренные от счастья глаза.

– Эд, что ты делаешь? Кругом же люди!

– В другой раз будешь знать, как опаздывать!

– Понимаешь, у нас были гости, тетина сестра с дочерьми, и было неудобно оставить их… – оправдывается Мона, но Эдвин перебивает ее:

– Все ерунда.

И все уже позади. Я рад, что ты здесь.

– Я тоже рада видеть тебя. Как прошел день?

– Хуже некуда, – неохотно отвечает Эдвин. – Целый день оббивал пороги разных контор в поисках работы, и все без толку.

– Да-а… – вздыхает Мона и, чтобы отвлечь Эдвина от мрачных мыслей, переводит разговор на другое.