Заклятие Лусии де Реаль (сборник)

Он приносит в город запах нагревшихся за день камня, хвои и цветов.

Новый человек и днем может запросто заблудиться в хаотичном лабиринте улочек и проулков Мориона. Эдвин же знает этот лабиринт как свои пять пальцев и даже в потемках идет по ним уверенно, словно передвигается по собственной комнате.

Когда Эдвин приближается к центру, которым с незапамятных времен является Набережная, на улицах зажигается электричество, и город мгновенно преображается. Сотни огней в домах, в порту, на Набережной, на кораблях, отразившись и умножившись в бухте, словно по мановению волшебной палочки придают городу феерический, волшебный вид.

До условленного часа остается несколько минут, но Мона уже на месте их постоянных встреч. Она сидит, накинув на плечи белую шаль, на дальней скамейке крошечного скверика, позади дома, в котором девушка живет.

Дом этот в Морионе знают все: он один из старейших в городе. На его фронтоне, которым дом смотрит на Набережную, выложена цифра «1709» – год постройки.

В отличие от ярко освещенной Набережной, в сквере почти темно и совершенно тихо. Он лишь слегка освещается падающим из окон светом, и сюда едва проникает шум с Набережной, на которой по вечерам собираются толпы веселящихся людей, где постоянно звучат музыка, песни, смех и ни на минуту не умолкает говор.

– Похоже, сегодня акула проглотила кита! – с деланым удивлением восклицает Эдвин, остановившись позади Моны.

Задумавшаяся девушка вздрагивает и стремительно оборачивается к Эдвину.

– Эдвин, как ты меня напугал! – укоризненно говорит она. Затем притягивает к себе склоненную над нею голову парня и чмокает его в щеку. – И чему ты так удивлен?

– Тому, что ты раньше никогда не приходила первой. А сегодня вдруг… Что-нибудь случилось?

– А-а… – досадливо отмахивается девушка.

– Что случилось, Мона? – Эдвин садится рядом, берет девушку за руку и, притянув к себе, заглядывает в глаза. – Выкладывай! Снова, наверное, дядя?

– Да, – неохотно отвечает Мона.

– Ну, и что… будет? – напрягшись, глухо выдавливает из себя Эдвин.

– Как «что будет»? – переспрашивает Мона. – А что должно быть?

– Нам придется расстаться?

Порыв ветра врывается в скверик душистой свежестью, с шумом проносится по верхушкам акаций, где-то хлопает ставней. И опять становится тихо.