Воин и меч

Но надо подождать, только со вкусом крови вся картина начнёт прорисовываться полностью и можно будет получить ответы на вопросы. Анатолий не заставил долго ждать своего стального товарища, поняв, что действительно сильнее противника, он ускорял темп, подогреваемый холодной яростью, до тех пор, пока Андрей не оступился. Воспользовавшись этой оплошностью, Анатоль сделал своё дело.

Меч вошёл до половины, под рёбра, в левый бок. Сладко-солёный аромат крови, скольжение вглубь ещё живой плоти и убегающая ему навстречу, жизнь которую на выходе подстерегал довольный чёрненький.

Офицерский клуб, у которого, конечно, было название, но меч как-то не придавал именам чужого для него мира значения, душный запах одеколона, табака и пролитого шампанского. За окнами ещё темно, но скоро уже солнце разгонит собрание этих людей по квартирам. Анатоль заходит в комнату, разговаривая о чём-то с графом, где пару минут назад Андрей проигрался в карты и теперь в попытке реабилитироваться разгорячённый травит наимерзейшую байку про знакомую им даму.

– Я, знаете ли господа, – говорит покачиваясь Андрей, – провожу там ладонью а она…

– Это Вы про Анну Николаевну изволите рассказывать? – Ледяным от ярости голосом спрашивает Анатоль.

– Как Вы изволили слышать. – Надменно, но слегка нетвёрдым от выпитого голосом отвечает Андрей.

– Немедленно извинитесь и не позволяйте себе больше таких скабрёзностей в приличном обществе.

Андрей обводит товарищей наигранно удивлённым взглядом, словно ища среди них приличного, и говорит в ответ покровительственно игриво:

– Вы Анатоль, возможно, недавно приехав в Петербург ещё очень однозначно смотрите на вещи с высоты вашей провинциальной неотёсанности, а настоящий гурман смакует не только процесс, но и рассказ. – Кривая влажная улыбка сделала прореху на надменном лице Андрея, которую Анатоль заделал звонкой пощёчиной.

– Честь имею.

– Завтра на рассвете… Я Вас научу манерам! – Презрительно сплюнул Андрей.

– Разделаю как животное. – Со злобой прошипел Анатоль.

Их развели по разным комнатам. Собрание вскоре разошлось, залы опустели, и только огонь трещал на поленьях в ещё не прогоревшем камине.

«Значит мы боремся за правое дело». – Подумал меч уже вполне живой и согретый чужой кровью.

Уплетающий вкусную трапезу чёрненький смотрел на него и ухмылялся.