Безгрешный

Практически сразу мне стало теплее и уютнее.

– Ну, вот так-то лучше, правда минут через пять ты опять будешь дышать как и раньше. Когда заметишь это не ругай себя, а просто начни с начала.

– Хорошо, – сказал я.

Замерз минуты через две, меня опять била сильная дрожь и не было сил, чтобы расслабиться, привычнее было ходить, немного ссутулившись, отрывисто дыша. Безгрешный шел чуть впереди меня.

– Мерзни, мерзни, к зиме научишься не мерзнуть, – сказал он, не оборачиваясь.

Его слова меня несколько озадачили, он не видел меня, но знал, что со мной происходит.

До зимы осталось мало времени, не мерзнуть на холоде было вопросом выживания. Я опять выпрямился и начал медленно дышать.

– Ты кое-что забыл, – сказал Безгрешный, не оглядываясь. Мне показалось, что он читает мои мысли.

– Что? – спросил я. А сам проверял свою осанку и дыхание, вроде все было верно.

– А какой воздух ты вдыхаешь?

Я действительно забыл, что нужно вдыхать теплый воздух. Я вновь попробовал вдыхать теплый воздух и выдыхать усталость.

И что интересно, когда думаешь, только думаешь, что вдыхаешь теплый воздух и ощущаешь, как он пробирается внутрь, он действительно становится теплым. Что его греет? А когда выдыхаешь холодный воздух и усталость, то они выходят из меня и становится намного легче?

Через некоторое время я опять согрелся и изо всех сил пытался не упускать из виду свое дыхание.

Домой мы несли не очень много ягод и грибов, видно было, что это последний урожай, который мы собираем.

Я со всех сил пытался контролировать свое дыхание, когда я его терял, становилось холодно, и чтобы снова согреться, нужно было приложить больше усилий. А когда дыхание было таким каким нужно, мне было тепло и почему-то весело. Но потом опять меня что-то отвлекало, или я расслаблялся и шел как обычно, дышал как попало.

За весь день я терял свое дыхание раз двадцать, если не больше. В итоге я поймал свое дыхание надолго, отчего очень утомился, но не замерз, мало того, мне стало жарко, а ведь совсем недавно меня трясло от холода.

Придя в землянку, я расслабился и перестал следить за своим дыханием, здесь было намного теплей, чем на улице, я расслабил свое внимание, а когда Безгрешный зажег огонь в печи, стало совсем хорошо.

– Самое трудное делать то, что кажется совсем не нужным в данный момент, – вдруг сказал Безгрешный.

Я понял, о чем он говорит.

– Я не могу следить за своим дыханием все время.