******ный мир

Фальк был какой-то мрачный (как будто его разбудили, и он понял, что вот это все за окном – не сон).

– Фальк, лоскут мне в зад! Ты чего там делаешь?

– Я? Сплю…

– Я до тебя еле достучался!

– А-а-а… А вы кто?

Мужчина за дверью будто бы пытался проснуться.

– Давай открывай, я уже посмотрел подвал.

– Что? Подвал?

Харон заметил, как человек в приоткрывшейся щели пощипывает свое мягкое и просторное запястье (и с каждым разом все сильнее).

– Слушай, человек, открой мне дверь, а я все тебе расскажу.

Фальк захлопнул дверь, и до Харона стали доходить глухие едва различимые звуки:

– Нет, не открою! Я знать вас не знаю!

Забинтованный человек снял шляпу и прислонил ее к груди. Он наклонился к двери.

– Фальк, откуда я тогда знаю твое имя?

– Но я же вашего не знаю! И вообще, мне это снится! Вы – монстр, мой ночной кошмар!

– Да это правда какой-то кошмар… – сказала мумия. – Фальк! Тогда скажи мне на милость, откуда я знаю твоего кота, Фис… Физика!

– Чего? – спросила глухая дверь.

 – У меня нет кота!

Харон поднял голову, постоял какое-то время в раздумьях, а потом повернулся к коту.

– Слыхал? Видимо, нет у тебя больше дома.

Кот вытаращился на мумию так, словно увидел призрака. Харон усмехнулся, надел шляпу. Фокси, лежащий на траве, заскулил, но со стороны их реакции как бы намекали, что скоро эти двое сойдут с ума.

Харон ходил под дверью из стороны в сторону. Он подумал о том, что можно разбить окно (которое, судя по внешнему виду, мог изрешетить простой дождик), что можно вскрыть замок, что можно выбить эту чертову дверь и поставить Фалька на колени.

Он прокрутил в голове еще несколько сценариев (а один даже пару раз), но не взялся критиковать ни один из них. В итоге он подошел к двери и спросил по-человечески:

– Фальк, а что ты рисуешь сейчас?

За дверью будто никого и не было. Харон отошел на достаточное расстояние, чтобы призванный дух быка смог разбежаться. Он встал наизготовку, напряг руки, чтобы воссоздать прозрачный экземпляр рогатого тарана.

Вот в воздухе, под светом болтающейся лампы крыльца стала появляться голова мужа коровы, но из-за двери заговорил Фальк:

– А откуда вы знаете, что я рисую?

Харон остановил призывание.

– Ты сам мне рассказывал.

Мумия пошла к двери. И снова наклонилась, чтобы свет не мешал думать.

– Что? Я вас не знаю, – сказал человек за дверью.

Глаза Харона посмеялись.

– Ну, как же так, Фальк? Мы виделись этим вечером.