Сумасшедший

При её виде, я мгновенно составил парадигму нашей с ней жизни. Мне нравилось так поступать с неведомым будущим.

Затем, я пригласил её на свидание в ресторан. После ресторана мы прогуливались по вечерней улице, беседовали о многом и разном. Проходя по мостовой, Юля остановилась и посмотрела вниз на тёмные воды реки.

– Прекрасно, не правда ли? – проговорила она.

– Вполне естественно, – ответил я.

– Ну ладно ты, не будь таким серьёзным.

Юля была совсем немного охмелённая, и ей этого хватило, чтобы весы равновесия между раскрепощённостью и скромностью перевесило в нужную сторону.

– Я просто честен.

– Мог бы и приврать, знаешь. Я всё-таки девушка, а ты парень, ухаживающий за мной. Тебя не учили проявлять чуткость? Приврать вполне допустительно.

– Не знал, что этому учат… впрочем, хорошо, в следующий раз буду врать.

– Ну ты… ты… с тобой не возможно нормально говорить.

– Я пошутил, и я тебя прекрасно понял.

– Замечательно, – ответила она в беспокойном для меня тоне.

– И с чего ты взяла, что я за тобой ухаживаю?.

– Скромняжка, – ответила она.

Дальше мы шли молча. Когда мы проходили мимо парка, Юля прилегла на траву, закрыла глаза и пригласила меня присоединиться. Я наблюдал звёзды и знал, что впереди ещё вся ночь. Эта мысль давала право расслабиться, искупаться в ледяной материи космоса, погрузиться в бесконечные объекты для созерцания – звёзды.

Мы лежали минут десять. Потом Юля уснула – я это понял, когда она негромко захрапела.

Между нами всё сложилось гладко и ясно, без особой поэтической чувственности, про которую следует писать поэмы или романы, однако и по-своему оригинально и неповторимо. Я захотел с ней встречаться, а позже, если выпадет случай, то и жениться на ней. Уже на втором нашем свидании я начал с искреннего объяснения ей обо всех моих намерениях (такое поведение в отношениях я считал наиболее достойным цивилизации, нашей ступени развития), а она, будучи тонким психологом, увидела во мне того, кто ей по-настоящему подходит.

– Ты такой один на миллион: открытый и откровенный, – ответила на мои объяснения Юля.

– Сегодня один на миллион звучит оскорбительно, – сказал я.

– А ты меня любишь?

– Думаю, нет.

– Как хорошо, что я тебя тоже не люблю.