Рыцарь в крысиной шкуре

Управляющий достал из-за пазухи связку с ключами, ловко нашел нужный и отворил дверь, после чего взял канделябр и зажег свечи от тех, что держались на стенах.

– Прошу за мной, – проговорил он. – И осторожнее – ступеньки кое-где разной ширины. Смотрите под ноги.

Феликс пошел сразу за управляющим. Держась за стены, он продвигался вниз по узкому проходу. Свеч оказалось недостаточно – из-за спины управляющего назад свет поступал плохо. Последовав совету, Феликс прощупывал каждую ступеньку, прежде чем ступить дальше.

– Чего ж здесь такой холод? – Раздраженно спросил он.

– Госпожа Леанзар с помощью магии поддерживает в погребе должную прохладу, – ответил управляющий, подняв канделябр над головой. – Это нужно для правильного хранения вина.

– Давайте разберемся со всем поскорее и пойдем отсюда.

– Как скажете, – согласился управляющий. – Вино мы наливали из этих трех бочек, – он направил свет в угол погреба.

– А что с кувшинами? – Поинтересовался Феликс.

– Их я уже проверил, – проскрипел алхимик. – Пусто. Никакого яда. Сейчас достану кое-что, – он поставил сумку на пол, порылся и достал три чаши. Покопался еще и разложил реагенты. – Так-с, приступим, – он потер руки. – Ты будешь открывать краник, когда я скажу, понял? – Обратился он к управляющему.

– Как скажете, – ответил тот.

– Давай, – гаркнул алхимик, управляющий открыл кран, и в чашу полилось темно-красное вино. В тот же момент алхимик принялся добавлять в чашу какое-то из своих зелий. Так, чтобы струи соединились. – Стой! – приказал он. Присел на пол, развязал мешочек, который ранее достал из сумки, и щедро сыпанул в чашу зеленый порошок. – Orzerkit hiazu[2 - Покажись мне], – прошептал он над получившимся раствором. Ничего не произошло. Алхимик злобно оскалил кривые зубы.

Но ни следующая, ни третья бочка не дала результата. Яда в вине не обнаружилось.

– А вы уверены, что все делаете правильно? – спросил у алхимика управляющий.

– Да что ты себе позволяешь?! – Алхимик вскочил с пола, достав из сумки пустую склянку, подошел к первой бочке и налил в бутылек вина. Хлебнул. Подошел ко второй и сделал то же самое. Затем к третьей. – Я могу простить насмешки и глупые шутки, – прохрипел он.