Рыцарь в крысиной шкуре

 – Зачем?

– Это было после смерти родителей. Гийом издевался надо мной. Говорил, что учит меня смирению, но на деле просто срывал на мне злость. Утверждал, что это я виновата в смерти мамы с папой. И однажды я в это даже поверила, – Сара дотронулась до своей руки. Немногие знали, почему она носила одежду только с длинными рукавами – они скрывали шрамы от порезов, которые Сара, будучи ребенком, сама себе наносила. – Легко поверить, что ты виноват в гибели близких людей, особенно, когда тебе об этом ежедневно напоминают.

Гериен знал историю смерти родителей Сары. Семья Лигариев ехала на карете вдоль канала Двух Братьев, когда Саре стало дурно. Она попросила остановить карету и вышла подышать. И тогда раздался взрыв. Обернувшись, Сара увидела, что стена дома рухнула, а ее обломки раздавили карету. Феликс выжил, но сломал руку. Родителям повезло меньше.

– Разумеется, я плакала, – продолжила Сара. – Гийома это раздражало. Меня били, и я плакала еще сильнее. Я долго молилась Свету, просила прощения. И в один момент я кое-что поняла.

Поняла столь отчетливо и явно, что даже удивилась, как это не пришло мне в голову раньше. Гийом – просто злой и жестокий человек. Может, он и сам верит, что через него с миром говорит Свет, но разве станет Свет винить ребенка за то, что на его родителей обрушилась стена? Разве будет желать страданий маленькой девочки? Нет, Гериен. Голосом Гийома говорил не Свет. Только обида и желание отомстить за смерть друга. Отомстить самым нелепым образом.

Сара взяла Гериена за руку.

– После того дня я перестала слушаться Гийома. Побои не прекратились, но мне было на них плевать. Я твердо решила больше не доставлять ему радости своими слезами. Приятно было видеть, как он терялся, когда я ему перечила. Его планы отправить меня в Храм Луны рушились. Он не понимал, что со мной дальше делать и стал запирать меня в комнате. А потом появился ты, милый, а с тобой пришла и свобода.

Гериен хорошо помнил их с Сарой первую встречу. Помнил, как решился заговорить с ней и как уговорил бросить все и бежать с ним.

Помнил, как она согласилась.

– Сара, я готов отправиться с тобой куда угодно. Мне нужно только закончить дело Гектора Морбуса. Не нравится мне это все. Сначала Риазан, потом казнь…

– А что произошло на казни?

– Я не знаю, – выдохнул Гериен. – Мне вдруг показалось, что Гектор сам сдался мне. И еще его последнее слово… «Любовь». Что все это значит?

– Гериен, – серьезно заговорила Сара. – Мы оба были в Риазане.