Перекрёсток

Нам удалось задавить развитие вируса, возможно, ещё через пару недель, когда у него закончится инкубационный период, он бы вас убил. Но я должен отметить, что это довольно странный вирус, он, словно взломщик, подбирал ключи к клеткам вашего организма, не подошёл один, небольшая мутация и пробует другой. Причём ему совершенно безразлично, какие клетки атаковать, работает сразу со всеми.

– А как должно быть? – в вирусологии Илья был не силён.

– Обычно каждый вирус имеет свои предпочтения, ВИЧ атакует клетки иммунной системы, полиомиелит – нервы, гепатит – печень, а этот искал ключи сразу ко всем.

Если найдёт к клеткам сердца, человек умрёт от разложения сердечной мышцы, если к мозгу доберётся первым, то будет нечто вроде обширного кровоизлияния, но к тому времени человек точно сойдёт с ума. Если же ко всем органам и тканям он подберётся одновременно, то человек будет просто заживо разлагаться.

– А я выжил.

– Есть мнение, – продолжал доктор, – что выжили вы благодаря тому, что вирус этот – творение не природы, а разума.

Человеческого или не совсем.

– В смысле, – не понял Илья.

– Биологическое оружие, узкоспециализированное, завязанное на геном конкретных носителей. Оно просто не заточено под вашу генетику. Конечно, попав в ваш организм, он пытался действовать, согласно своей природе, но у него ничего не получалось. Можно представить, что дай мы ему достаточно времени, он бы подобрал ключ и к организму человека. А можно и не представлять, допускаю, что лечение было абсолютно ненужным и вам ничто не угрожало.

Просто через пару недель вирус бы из организма пропал.

– Это радует, а что мне делать теперь?

– Плотно поесть, попытаться встать, рана в ноге почти зажила, хромать будете ещё дней десять, раны на плечах неопасны. И, вот ещё что.

– Что?

– Семён Семёнович Холопов был моим близким другом и учителем. Хотелось бы узнать, как он погиб?

– Как герой, – честно ответил Илья, – даже будучи смертельно раненым, за несколько секунд до смерти, он продолжал выполнять свой врачебный долг и спасать людей.

Я выжил, во многом благодаря его помощи.

– Это на него похоже, – грустно сказал Греков, – человек, фанатично преданный своему делу. Я сообщу его семье. С вами хотели поговорить ещё два человека, я дам им разрешение.

– Если это Зацепин, то пошлите его в задницу.

– Я думаю, что полковника Зацепина мы больше не увидим. Это другие люди.

– Тогда зовите, я готов слушать.