Летние дожди в роще

В доме пахло стариной, нет, не той неприятной смесью аптеки, племени и смрада, а именно стариной доброй, из самой настоящей сказки, состоящей из забытых почти каждым ароматов, воспоминаний и оставленных в прошлом поступков и признаний.

Гобелены, старые календари из уже давно стертой страны, красные, пестрые плакаты и афиши – все это очень сочеталось и очень противоречило.

У Бабушки был небольшой сад, где стояли несколько деревьев, которые часто плодоносили и Саша, приезжая к ней, часто у них задерживался.

Май сдувал все вокруг: сильный ветер вперемешку с мелким, словно тонкие иголочки, дождём, впивался сквозь куртки, пальто и волосы людей, но время от времени тучи протыкались столбами тёплого солнца, сверху вниз прожектором сцены наводившего с одного человечка на другого, давая насладиться минутку – другую тёплом весны и давая надежду в скором времени сбросить с себя всю эту тяжелую одежду и сменить её на летнюю.

Саша не спал с вечера последних занятий: вещи стояли уже собранные: рюкзак и два пакета со всем необходимым.

Сумбур мыслей заставлял смотреть сквозь стекло в ночное небо и встречать рассвет одним из первых в городе.

Он судорожно натянул смятые брюки, кофту, затерялся в коридоре, застегнув курточку и прыгнув в разношенные ботинки, попрощался с родными и поспешил на вокзал.

Голуби, опухшие и журчащие среди оглушающего города сидели на проводах, опутывающих вокзал и наблюдали за Сашей, перебегавшего от одного ларька к другому, слишком плотно они стояли на площади.

Поезд уже пыхтел и недовольно шептал о том, чтобы пассажиры поторапливались занять свои места.

Саша прыгнул в вагон вовремя и двери захлопнулись.

Медленно, людские улыбки и невыспанные гримасы стали смазываться, как и городской пейзаж центра стал меняться сначала на пейзаж спальных районов с более новыми домами и меньшим количеством старых домиков, людей, но большим количеством зелени и промышленных паровозов и предприятий, гаражей, а затем, на пригородный, с почти деревенскими домиками, сплошными лесами, редкими малоэтажными кварталами.

Свежий майский воздух сквозь форточку проник в вагон и вскружил голову пассажирам, заставляя понемногу их закрывать глаза.

Саша не заметил, как задремал, и чуть не пропустил свою остановку, стремглав выбежав из вагона, она оказался на платформе посреди леса, на ней одиноко стояла заброшенная, наглухо забитая досками, забытая богом касса.