Последний прыжок

С другой стороны, она не знала, где именно находится, и единственной связью с цивилизацией пока оставался этот сумасшедший, вооружённый до зубов холодным оружием. Да и самочувствие неважное. Нужно отоспаться, набраться сил и завтра рвануть когти. Стоит ей прийти в себя – и чокнутый мужик не сможет догнать её при всём желании… А, впрочем, нет. Она погасила в себе преступное желание поскорее убежать. Профессиональный долг взял верх. Гораздо важнее сейчас выяснить, куда он поместил бесценные полотна. Да, ради этого придётся задержаться.

Люба сделала несколько шагов и остановилась – обувь на высоких каблуках решительно не годилась для перемещения по лесу. Она нагнулась и стянула туфлю с правой ступни. Попыталась отломать каблук, но слабые пальцы не справились с задачей.

– Эй! – крикнула она. – Мы не дойдём до твоего дома и за неделю, если ты не поможешь мне с обувью.

Он цокнул языком на весь лес, быстро вернулся, взял туфлю, напрягся и отломал каблук, который размашистым движением швырнул в заросли. Потом туда же последовал и второй.

– Нужно поторопиться, – бросил он и снова пошёл вверх по склону холма.

Они шагали размеренно, но настолько быстро, насколько позволял густо заросший лес. Любе приходилось превозмогать слабость и усталость, чтобы не отстать от человека, укравшего ценностей на тридцать восемь миллионов долларов. Только на силе воли она взбиралась на пологие холмы, спускалась в тёмные сырые ложбины, обходила крупные валуны и поваленные деревья, перебиралась вброд через ручьи и болотистые низменности.

С самого начала она заметила, что попутчик ориентируется по крупным белым отметинам на деревьях. Полосы белой краски опоясывали стволы через каждые десять-пятнадцать метров, так что сбиться с пути было практически невозможно.

Спустя час ей пришлось преодолеть гордость и попросить:

– Погоди, нужно отдохнуть хоть минуту.

Ноги дрожали, когда она опустилась на ствол дерева, покрытый пышным зелёным мхом. Злоумышленник тут же вернулся и встал рядом, глядя с беспокойством.

– Знаю, как плохо тебе сейчас. В первый раз всегда так. Меня тоже ломало и корячило, когда впервой скакнул. Чуть не цапнули полицаи, еле скрылся… Потом будешь прыгать и вообще не замечать. Сейчас надо перетерпеть.

– Кто оставил эти метки? – спросила Люба сквозь зубы, глядя на листву под ногами и тревожно прислушиваясь к тяжело бьющемуся сердцу.

– Мы с тобой вместе их и оставили, – хмыкнул он. – Точнее, ты.

Она подняла голову и посмотрела на него в упор.