Мёртвые цветы

Я махнул на них рукой и отошёл к краю парковочной площадки. Затем оглянулся по сторонам. Автобусная остановка находилась на самом краю городка. Невдалеке начиналась узкая опрятная улица, по обеим сторонам которой виднелись одноэтажные частные дома, утопающие в зелени. Вдалеке слегка возвышался над местностью местный заводик Корпорации. Видно было речку, виляющую между берегами. Где-то шумно играли дети, визжа и ругаясь. Однообразно погавкивала скучающая собака. Состояние летней дрёмы пропитывало этот городок, в котором нечего было делать и некуда торопиться.

Автобус развернулся и укатил обратно в Архангельск, а на площадке осталась молодая семья из четырёх человек. Они жались к обочине и неслышно переговаривались друг с другом. Мать держала детей за руки, а рыжебородый отец, в котором я безошибочно определил дизайнера, что-то сосредоточенно изучал в телефоне, иногда кидая на меня настороженные взгляды. Рядом с ними стояли три больших пластиковых чемодана, блестевших новизной.

Я удивился чемоданам больше всего. Что могло понадобиться этим горожанам здесь, в глуши? Ведь тут нет ни курортов, ни лечебниц, ни детских лагерей. Даже захудалых достопримечательностей не наблюдается. Лишь бесконечные скучные леса и болота, в которых изредка попадаются малюсенькие убогие деревеньки, населённые алкашами и слабоумными. Куда они вообще направлялись на самом деле? Перепутали Астрахань и Архангельск?

Тут мои мысли перешли к собственным делам.

Я извлёк телефон из кармана и набрал номер ответственного сотрудника местного заводика. Мне пришлось звонить четыре раза, прежде чем гудки прервались и молодой бодрый голос начальника службы логистики произнёс:

– Слушаю! Говорите!

– Доброе утро, – я сухо поздоровался.

– Какая машина? – сначала искренне удивился собеседник, а потом спохватился. – Кто это?.. А, погоди-ка, Игоревна что-то такое говорила… А я-то думал, она умом тронулась или ей приснилось, что кто-то звонил… Где же эта бумажка… Это ты… Надо подождать немного, водитель на даче сейчас, такой урожай помидорчиков!

– Мне наплевать на его личные дела, – я злобно прервал неуместные восторги по поводу овощей.