Мёртвые цветы

– Пожалуй, я воздержусь, – я старался казаться вежливым. Не рассказывать же ей, что чтение это глупое занятие, анахронизм для стариков. – На работе вынужден пропускать через себя огромные массивы информации, сейчас хотелось бы дать максимальный отдых именно мозгу.

– Понимаю, – сухо ответила она, явно не одобряя мой выбор.

– Вам надо высушить голову, а то вы простудитесь, – заметил я, проявляя фальшивую заботу, чтобы хоть немного расположить её к себе.

Она удивилась, открыла рот, чтобы что-то сказать, но передумала и быстро вышла из комнаты.

Я поставил сумку на стул и сел на кровать. Она оказалась с жёстким ортопедическим матрасом, как я любил. Тогда я подошёл к окну напротив входа, отодвинул штору и ровно две минуты разглядывал заросший сорняками огород. Боковое окно тоже не подарило мне интересного вида – тот же запущенный огород, в котором сорняки явно одержали верх над культурными растениями. Метрах в пяти-шести от дома огород плавно перетекал в лес, так что невозможно было сказать, где на самом деле заканчивается участок.

– Осуждаете мой огород? – спросила хозяйка, и я вздрогнул от неожиданности.

– Ну, это ваше дело, как вести хозяйство, – я посмотрел на цветное постельное бельё в её руках. Я бы предпочёл, чтобы оно было одноцветное, но в гостях не приходится выбирать.

– Я не умею с ними обращаться, со всеми этими растениями, – она положила ворох на мою сумку и стянула с кровати лёгкое покрывало, которое сложила и набросила на изголовье. – Я городской житель. Садоводство не мой конёк.

– Тогда зачем вы сюда приехали? – поинтересовался я.

– Потому что я захотела свободы, – ответила она просто, всучила мне одеяло и принялась заправлять простынь.

Я смотрел на её спину и волосы и не знал, то ли мне удивиться, а то ли посчитать это шуткой.

– И вы её получили?

– О да, – она взяла у меня одеяло и принялась ловко запихивать его в пододеяльник. – Только тут я поняла, что всю жизнь прожила как в плену.

Я спохватился, что воспринял её слова всерьёз и даже принялся было о них задумываться.

– Обескуражены? – она засунула подушку в наволочку и взбила её, смотря мне в глаза с интересом. Она как будто бы изучала меня.

– Видимо, надо знать обстоятельства вашей жизни, чтобы понимать, – я осторожно подбирал слова. – Я считаю, что свобода есть всегда и везде.