Мёртвые цветы

– Да и почты, наверно, не так уж и много, – предположил я.

– Перед праздниками бывает больше…

– Последний вопрос, – я посмотрел на неё в упор, внимательно считывая микро-мимику. – Вы причастны каким-либо образом к поломке почтового робота?

– Ничего не делала! – с жаром воскликнула женщина, и вот теперь я ей почему-то поверил.

– Всего хорошего.

Я вышел на улицу, спустился по ступенькам мимо сидящего усача и проследовал к кафе. Светловолосая женщина всё так же находилась на веранде и цедила свой сок.

– Не подскажете, тут есть ещё какое-нибудь кафе? – я обратился к ней вполне вежливо.

– Два кафе в деревне на пятьдесят домов? – её едкого сарказма хватило бы и на пятерых человек. – Как вы себе это представляете?

– Хозяин тут? – теперь я был заслуженно груб с ней и считал это правильным.

Она молча махнула рукой куда-то внутрь и погрузилась в созерцание содержимого стакана.

Я поднялся по ступенькам и вошёл в кафе. Признаться, я ожидал чего-нибудь в духе двадцатых, и поэтому меня удивила современная дизайнерская обстановка со светлыми стенами и лёгкой скандинавской деревянной мебелью.

С потолка на длинных мягких шнурах свисали причудливые светильники, выполненные из стеклянных банок, бо?льшая их часть была погашена, поскольку вполне хватало дневного света, свободно проникающего внутрь через огромные окна. За деревянным прилавком еле слышно мурчал раритетный радиоприёмник, а в углу жужжал современный кофейный аппарат, исторгающий из себя напиток.

– Есть кто? – громко спросил я, подходя к двери в служебные помещения.

Сначала было тихо, потом послышались быстрые шаги, и передо мной появилась высокая подтянутая рыжеволосая женщина в светло-голубой джинсовой рубашке и тёмно-синих джинсах в обтяжку. Всё это было вдвойне удивительно из-за того, что её ухоженное моложавое лицо всё равно выдавало значительный возраст.

– Добрый день, – она широко и искренне улыбнулась. – Хотите покушать у нас?

– Добрый. Хочу задать вопросы, – я достал из кармана удостоверение и развернул его, чтобы она смогла прочитать мелкие надписи.

Она тут же перестала улыбаться и насторожилась.

– Давайте тогда присядем, – она решительно указала на ближайший столик и сама тут же села.

Я тоже присел и положил ноутбук на стол.

– Будете записывать? – она приподняла одну бровь.

– А есть что? – я так же картинно приподнял бровь.

– Давайте скорее, у меня много работы по кухне, – грубо велела она, кладя руки на стол и сплетая пальцы.