Рождество по-новорусски

Гиря резко обернулся к Гринчуку, потом засмеялся и погрозил пальцем:

– Не нужно меня доставать сейчас. Я, наверное, по твоим понятиям, типа урода… но ты меня послушай. Последняя тварь все для тебя сделает, если почувствует, что ты к ней относишься, как к человеку. Ты пойми, Зеленый, они ж все – с улицы. А там живым остаться – уже счастье. Ты не думал, почему ты и другие правильные менты, все правильно делаете, а народ к нам идет. Ко мне. Не прикидывал? Они ж знают, что я их не озолочу. Знают, что у меня и грохнуть могут, что я сам могу… всяко бывает.

А идут ко мне, а не в дружинники. Знаешь чего? А того, что вы им предлагаете стать такими как все, а для меня они все исключительные. Въехал?

– Въехал, – сказал Гринчук.

Потом взял Гирю за отвороты дубленки и встряхнул.

– А теперь ты послушай, красавец. И не перебивай. По моим понятиям, ты – гнида, которую давно нужно было придушить. И если бы ты подох, дышать стало бы легче. И пацаны, которых ты делаешь исключительными, тогда, может, чем другим занялись бы.

И уж во всяком случае, наркоты всякой на улицах стало бы меньше. И разговариваю я сейчас с тобой только потому, что…

– А почему? – спросил сипло – горло ему Гринчук сдавил – Гиря. – Почему? Интересно тебе? Тогда поставь меня наместо.

Гринчук разжал руки. Гиря откашлялся и поправил шарф.

До входа в метро они прошли молча.

– Может, такси? – предложил Гринчук.

– Нет, на метре так на метре, – упрямо сказал Гиря. – И мы еще не поговорили.

На станции Гиря глянул на специально вывешенное новогоднее расписание, потом посмотрел на часы:

– О, еще минут десять есть.

Присядем?

Они сели на скамейку, стоявшую на платформе.

– Я тебя и поблагодарить забыл, – сказал Гиря.

– За звонок Мехтиеву? Забудьте.

– Не за звонок, – покачал головой Гиря. – Это ж ты тогда мне гранату в кабинет поставил?

Ничего не дрогнуло на лице Гринчука.

– За то спасибо, что шанс мне тогда дал.

– Для чего шанс?

– Подумать. Я в больнице посидел, подумал… И понял, что самое главное для меня.

Да для любого это самое главное, – Гиря полез было за сигаретами, но передумал.

– И что же?

– Живым остаться. Не дать этим уродам себя замочить.

– Благое желание, – кивнул Гринчук. – Есть классный способ – замочить уродов раньше.

– И замочу. Замочу. Только…

В метро спустилась компания. Кто-то затянул «В лесу родилась елочка», кто-то с шумом открыл шампанское. Кто просто заорал от избытка чувств.

– Ты Сане не верь, – сказал Гиря.