Полюби меня перед смертью

Ленька, как настоящий друг, подарил мне тысячу гривен, на них мне предстояло взять билет в один конец и некоторое время продержаться на новом месте.

Стоя в небольшой очереди в железнодорожную кассу, я вдруг подумал, а не навлекли ли мы сами на себя все наши несчастья. Махаон – бабочка с крыльями, где желтое идет по черному. Удивительная перекличка с георгиевской ленточкой – такие ленточки однажды накануне Дня Победы в Киев в изобилии завезли из соседней державы. Цвета георгиевской ленточки, как известно, – черный и желтый.

Глава II

Купе уже на четверть было занято – за столиком сидела молодая женщина и задумчиво смотрела в вагонное окошко. Я учтиво приветствовал ее, мысленно чертыхнувшись, – надо же, поезд подали всего пять минут назад, а она уже тут как тут: опередила меня, любившего первым войти в домик на колесах и в мгновение ока переодеться. Я не терпел снимать с себя парадное одеяние и облачаться в «треники» и футболку в тесном и омерзительном пространстве поездного туалета.

Она была хороша собой – черные, как вызревшие маслины, глаза, прямые густые, но искусно подправленные брови, опять же прямые черные блестящие волосы, изящный носик с легкой горбинкой, чувственные, безупречного рисунка губы. Минимум украшений – на безымянном пальце правой руки перстень с крупным переливчато-серым, неведомым мне камнем. Я водрузил легкую дорожную сумку на вторую полку, где ожидали своего часа полосатые, как арестантская роба, матрасы, сел и уставился на попутчицу.

– Вы из Киева или..? – задал я банальный вопрос, который она не дала мне завершить.

– Или, – утвердительно ответила, заставив меня засмеяться.

– Значит, из Анастасиополя, – прозвучало мое совершенно ненужное уточнение. – Как там море, купаются?

– Нет, – засмеялась на этот раз она. – Море холодное, – тоже совершенно ненужное уточнение.

– Как? – искренне удивился я. – Разве Анастасиополь – не субтропики?

– Ну, почему, – серьезно ответила попутчица, – даже не субтропики, а тропики. Правда, они давно остыли.

– Жаль, – у меня был вид человека, которого жестоко разочаровали. – А я думал попляжничать, позагорать.

– Не падайте духом, где попало, – выдала она весьма оригинальную фразу. – Это дело поправимо. До лета всего ничего, каких-нибудь полгода.