И тихий ветер веет. Роман в стихах

Хоть балабановский Морфей

Ему, конечно, был милей,

Но он к приличиям был строг:

Коль уж решили все друзья,

Перечить им никак нельзя,

XIX

Чтоб только показаться снобом.

Но я, не бывши синефилом,

Признаться должен, что до гроба

И с малых лет особой силой

Кино довлеет надо мной.

Вот помню в поздний час ночной

В кинотеатре на сеансе

Я был в невероятном трансе,

Когда они под звуки Баха

Парили в воздухе вдвоём

Почти минуту, но потом

Вернулись наземь.

Сотворены зачем-то мы,

А, может, нет… и из сурьмы.

XX

И очень долго, как во сне

На станции инопланетной,

Картина эта будет мне

Являться вечною кометой.

К тем фильмам, где крутые взрывы

Над небоскрёбом иль заливом,

Мой глаз, конечно же, привык,

Но слишком громок боевик.

И больше я люблю монтаж,

Чтоб звуков или кадров стык

Имел и смысл, и язык.

Так, если вдруг персонаж

Увидит женщину, окно,

То взгляд укажет: «Вот оно!».

XXI

Все, молча, смотрят на экран;

Кто руку держит возле рта;

Другой уснул, как задний план;

И в зале тихо, темнота,

Лишь где-то редкие дисплеи

Дрожат чуть слышно; еле-еле

Рингтон не подаёт свой звук.

К нему вдруг обратился друг:

– Андрюх, ты только погляди,

Какая ломанная склейка!

– А? что? Пивасика налейка.

Перемотай… Не DVD?

Ну ладно, посмотрю потом

Когда-нибудь я за компом.

XXII

Пойду-ка, – и, ответив так,

Андрей оставил, где лежат,

Стакан попкорна и бигмак,

Прошёл, не нагибаясь ряд,

Друзьям затылок показал

И, наконец, покинул зал.

У входа несколько ребят

Играют резво в автомат,

Гоняют на автомобиле,

Иль, ловкие, в аркаду скачут.

Для них немало это значит

Воображение, но были

Среди них те ещё, кому

Игра такая ни к чему.

XXIII

Imagination, образ, имидж.

Харизму у иных людей,

Наверное, с трудом отымешь,

Но почему-то наш Андрей,

Хоть щедро одарён природой,

Следил ревниво и за модой.

На пряжке там, где крепежи,

Две буквы стройных D & G.

Одев иной раз Gucci, Klein’а

И прочим следуя рекламам,

Умел так нравиться он дамам,

А почему? – Совсем не тайна.

Так, продавая gas и oil,

Газпром Европу же устроил.

XXIV

Ресурсы, лэйблы – всё товар,

Продукт прибавочной цены,

Но в людях же бывает дар

Совсем иной величины.