Завтрашний взрыв

Отец Серафим обвел пристальным взором стоявших перед ним людей, наклонился, поднял какой-то предмет, лежавший под крыльцом. Когда он резко выпрямился, все увидели в его руке топор для колки дров.

– Мужики! – голос отшельника звучал совсем не по-монашески. – Кто на рати бывал?

Невысокий худощавый крестьянин средних лет, отпустив руку стоявшего рядом с ним мальчонки, решительно шагнул вперед, вытянулся по-военному.

– Я!

Рубаха на его плече была разорвана, на сером полотне вокруг небольшой свежей раны, нанесенной, по-видимому, копьем, запеклась кровь.

Монах протянул ему топор.

– Ты – старший. Бери односельчан, ступайте в лес, вырубайте ослопы.

– Что?! – изумленно воскликнуло сразу несколько голосов.

– Дубины готовьте! На рассвете будем полон у басурман отбивать! – рявкнул монах. – Некогда болтать, скоро стемнеет! Выполнять приказ!

Мужики, с готовностью починившись этому человеку, со всех ног кинулись в лес.

Отец Серафим повернулся к оставшимся на поляне перед крыльцом бабам:

– Ведите детишек в избу, растопите печь, сварите кашу на всех.

Там на полке просо в мешке. Вода в ручье, – он показал рукой за скит. – Ведерко – вот оно. Да не испугайтесь ненароком: там, в ските, гроб стоит. Это ложе мое отшельническое. Мы его на время боевых действий наружу, под навес, вынесем, чтобы ратников и беженцев в избе разместить. Прости меня, грешного, Господи!

Отец Серафим перекрестился, сошел с крыльца, освобождая проход в скит.

– Ну, что стоите, бабоньки? Знаете, какая присказка у русских ратников имеется? Война войной, а обед – по расписанию.

За работу, милые!

Примерно через час из лесу вернулись мужики. Каждый нес на плече здоровенную, почти в человеческий рост березовую дубину-ослоп. Они нестройной толпой остановились перед отцом Серафимом, поджидавшим их посреди поляны.

– Тебя как звать, сыне? – обратился монах к крестьянину, которого он назначил старшим.

– Сидором, отче.

– Ну что ж, Сидор, построй войско в одну шеренгу.

Мужик отошел чуть в сторону от своих товарищей, вытянул левую руку, неуверенно скомандовал:

– В ряд со мной, как рукой указываю, плечом к плечу… становись.

Толкаясь и цепляясь дубинами, крестьяне кое-как выстроились в кривоватую шеренгу. Отец Серафим обошел строй, помог каждому подравняться, затем обратился к ополченцам:

– Сейчас будем учиться держать строй и дружно действовать ослопами против конного и пешего. Времени у нас – до ночи.