Под кровью грязь

Благоговейного ужаса и банального страха. И вызывало. Даже у Конторы закончилось терпение.

Гаврилин соскоблил маргарин со стенок банки и сунул эти ошметки на разогревшуюся сковороду. Маргарин зашипел и поплыл к краю сковороды, оставляя за собой след из трескающихся пузырьков.

Палачу дали последнее задание с таким расчетом, чтобы оно стало действительно последним. В бумагах этого, естественно, не было. Как не было в бумагах и цели последней операции. Была зафиксирована необходимость убить конкретного человека, еще лучше двоих.

Зачем это нужно было сделать – вынесено за скобки. И укрыто мраком. Гаврилин об этом узнал случайно.

Вообще Палач занимал странное положение в конторе. Он выполнял приказы на уничтожение без объяснений, однако часто ему просто указывалась цель, и он сам находил методы ее достижения.

Для того чтобы убить тех двоих, Палач уничтожил девять человек, причем двое из них – случайные свидетели. Странно, что он не убил вообще всех свидетелей. Тогда наблюдатель Гаврилин не маялся бы сегодня от недосыпания над печкой.

Гаврилин вспомнил июльский зной, залитое солнцем кафе и падающего навзничь человека с кровавым месивом вместо затылка.

Очень аппетитные воспоминания. Как раз к завтраку. Приятного аппетита и поехали дальше.

Так или иначе, но обоих членов своей группы Палач потерял. И перед ним была поставлена задача создать новую группу.

В эту страшную тайну Гаврилин был посвящен. И даже производил предварительный отбор кандидатур. Наблюдатель он, в конце концов, или не наблюдатель? В конце концов, с конца на конец и концом по концу.

Наблюдатель. Только вся его работа по отбору свелась к ознакомлению со списком возможных кандидатур. Сам список готовился, как понимал Гаврилин, аналитиками, а право окончательного выбора оставалось за Палачом.

Практически все кандидаты имели реализованную склонность к насилию, к суду и следствию не привлекались, в преступные группировки не входили.

Логику, которой при отборе руководствовался Палач, Гаврилин постичь не смог.

Попытался несколько раз предположить, но всякий раз ошибался. Кроме одного случая. Гаврилин обратил внимание на двадцатилетнего парня, который попал в список кандидатов из-за своей любви к меткой стрельбе. По живым мишеням.

Студент третьего курса университета где-то раздобыл карабин и минимум дважды убил водителей в проезжавших мимо автомобилях. Механизм выявления стрелка был для Гаврилина не совсем понятен, но результаты впечатляли.