Черное пламя. Падший ангел

Крит дал ответ после не долгой паузы:

– Я чувствую, я снова люблю её, а ты сказал, что нам не быть вместе, что я больше не способен на чувства, что она меня не примет, но всё случилось иначе, – Крит говорил с внутренним блаженством и чувством некого самодовольства, что, наконец-то он оказался прав, но так ли это?

– Да неужели, ты раскрылся перед ней? – Грегориан говорил без особого удивления.

– И более того… – Крит пересказал своему хозяину об их с Мирой встрече и времени, проведённом вместе.

– М-да, час от часу не легче, не ожидал, что ты решишься, ещё одна проблема – демон опустил голову вниз.

– То есть проблема, ты же позволил мне раскрыться перед ней? Может, тогда расскажешь, чем ты занимался всю эту неделю, и почему я вопреки всему, способен любить?

– Не неделю, а около четырёх дней – у нас время течёт вдвое быстрей, чем здесь, но об этом потом.

– Я догадывался, значит, не зря я всё время боролся с демоном внутри, не зря перечил тебе, не зря надеялся. Даже когда тьма окутала меня полностью, где-то в глубине шла борьба двух начал, – Крит ненадолго замолчал, – ты позволишь мне быть с ней?

– Даже если я позволю, то сложившиеся обстоятельства точно помешают, – не дав Криту слова, он продолжил, – для начала попробуй призвать чёрное пламя.

– Легко, – недоумевая, пожал плечами Крит. Он сосредоточился, и тонкий слой огня появился на его коже. И в том же миг охотник ощутил резкое неприятное ощущение, словно нырнул в ледяную воду, затем всё его тело онемело, он упал на колени, а пламя исчезло.

– Легче легкого, – усмехнулся Грегориан.

– Что это было? – приходя в себя, спросил Крит.

– Демоны, ангелы и вообще любые духи лишены чувств, такова наша природа, мы руководствуемся разумом и силой, которую даёт наша сущность.

– Ага, и ещё жаждой убийства, гневом и ненавистью, – добавил Крит.

– Не смешно. Человеческая душа сочетает в себе и разум и чувства, но последнее чаще всего играет решающую роль. А ты на одну половину человек, на вторую демон.