Изгои. Дети Дракона

Вот ведь, собака, наловчился пальцами цепляться за маленькие неровности, и так это у него ловко получалось. Мастер, одно слово. Никто повторить его трюк не мог. Вот так-то.

– А где он сейчас? – поинтересовался Том, поглядывая на фляжку.

– Погиб он. Лет этак десять уже. Надо отметить, воин он был никудышный. Ему бы где в цирке выступать, а он… – Седой глотнул еще из бутылки и спрятал ее в кармане.

Разговор затих, Седой прикрыл глаза и тихонько засопел. Том прильнул к кристаллу, невольно прислушиваясь к сопению Седого.

«Вот так подкрадется кто со спины», – недовольно подумалось ему.

Он оглянулся и опасливо покосился на черный провал лестницы и поежился. «И этот еще, похоже, заснул, как можно спать в такой неудобной позе?» – раздраженно покачал головой Том. Он попробовал вновь прильнуть к кристаллу, но непонятный шорох наполнил его сердце вначале беспокойством, а затем и состоянием, близким к ужасу, заставившим его обернуться.

– Седой? Слышишь, Седой? – прошептал он напарнику, чья голова склонилась к коленам.

 – Седой, да проснись ты, там, кажется, есть кто, мне, может, того, в колокол позвонить, а?

Он потянул к Седому руку, и тут какое-то насекомое больно ужалило его в шею. Том инстинктивно прихлопнул его, но вместо насекомого пальцы нащупали какой-то шип, ноги его подкосились, и он мягко опустился на пол.

Черная тень осторожно выскользнула из-за зубца башни, подошла к Тому, подняла его и осторожно пристроила у каркаса с кристаллом.

Отошла, и, по-видимому, удовлетворившись композицией, создававшей иллюзию, что человек за чем-то внимательно наблюдает, удовлетворенно «прошелестела»:

– Отлично, теперь маг, – и растворилась в темноте лестницы. Прокралась по галерее второго этажа в сторону Северной башни, замерла, услышав шаги.

Возвращающийся маг тоже замер, почувствовав чье-то присутствие. Повел перед собой жезлом, разгоняя мрак, и точным движением направил огненный шар в сторону притаившийся «тени».

Шар мгновенно достиг цели и бесшумно разорвал «тень» на бессчетное количество черных лоскутков, которые с едва заметным свечением плавно и завораживающе стали опускаться на пол.

Маг растерянно смотрел на сотворенное им самим действо, по-видимому, ожидая совершенно иного результата, медленно стал поднимать жезл, на основании которого змейкой извивалась молния, как на его затылок обрушился тяжелый удар, погасивший его разум.