Расскажи еще…

Лара еще никогда не видела такого, щурясь она с интересом приглядывалась, желая разглядывать вставную челюсть. Но не разглядев не стала просить повторять такое.

– А где мои дочери? – Алаиз говорил не внятно, выравнивая языком искусственное нёбо.

– Они внизу. На первом этаже. Мама… Мария и Виктория, – оговорилась Лара, хотя уже не понимала почему скрывает свою личность.

– Мама? Чья мама? – Старик Голд перестал жевать. – А ты странная девочка.

– Мама. Моя мама, ее тоже зовут Мария, – немного испуганно ответила Лара.

– А, ну хорошо, – старик продолжил трапезу.

– Если вам, мистер Алаиз, больше ничего не нужно, я пойду.

– Голд, зови меня просто Голд. Я хоть и старик, но мистером Алаиз я привык слышать только на работе. А мы дома, – он обвел ложкой вокруг комнаты и раскрыл широко глаза. Лара увидела на одном глазу белое бельмо, похожее на катаракту и отпрянула.

Из скрипучего старческого горла, послышались металлические нотки, как в первую встречу.

– Дом, родной дом. Ладно, беги дитя.

Лара собралась и вышла из спальни дедушки, шагая спиной к двери. Не успев, выйти за порог она столкнулась с Люком. Он налетел на нее, так же, не ожидая ее появления в дверях.

– Ой, извини. Ты чего спиной вперед ходишь? – воскликнул Люк.

– А ничего, ничего. Я пойду. А ты лампочки чинить, – Лара была немного растеряна.

– Ну как там дедушка?

– Поговорили немного, – Лара нахмурилась, ей захотелось прилечь. – Давно его не видела.

– Ну, да. Поговорили, – Люк скептически отнесся к словам сестры.

– Завтра уже будешь пользоваться рабочим выключателем, обещаю! – Люк подмигнул сестре, вертя отверткой и плоскогубцами в руках. – Мама постелила тебе новое постельное белье. Я видел. Иди спать.

– А, хорошо. Спасибо, – Лара не поняла реакции брата.

Девочка пошла по коридору, к лестницы и вниз. Слышала, как Люк разговаривал с дедушкой, что-то весело насвистывал, а дед лишь, что-то отвечал набитым ртом, совсем не похожее на полноценное общение.

Она через силу приняла горячий душ, зашла в свою комнату и упала на кровать, будто к ней был привязан морской якорь, по рукам и ногам стягивающий и тянувший ее на дно темного водоема снов. Стоило ей только прикрыть глаза, как она уже не помнила себя.