Пленники Сабуровой дачи

Две девушки монотонно стучали по клавишам машинок в дальнем углу. Отгородившись от них этажеркой, тихо беседовал с каким-то красноармейцем сидящий за большим дубовым столом мужчина в очках и со сбившимся набок галстуком. «В. А. Рыбалов» гласила стоящая на столе табличка, и хотя длинную подпись с названием должности закрывала стопка бумаг, Морской понял, что перед ним тот самый, восхваляемый Андреем Ивановичем заведующий военным отделом горкома партии. Обстановка, судя по всему, была рабочая и никакой субординации не предполагающая, но Морской все равно не удержался, кивнул настоящему начальнику кабинета с большим почтением.

– Вы товарища Рыбалова не отвлекайте, – заметил маневр посетителя секретарь Толстого. – С этой задачей мы и без вас справляемся. Присаживайтесь!

Морской покорно опустился на табуретку возле письменного стола, подпирающего боком закрытую створку двери. Секретарь опустился на стул напротив, а Толстой уже восседал за столом.

– Значится, военный корреспондент без единого выезда на фронт, – насмешливо произнес Алексей Николаевич, переводя взгляд с лежащей перед ним папки на лицо посетителя и обратно.

– Сам удивляюсь, – признался журналист. – Вообще-то я больше редактор. В Узбекской ССР выпускающим в газете «Сталинское знамя» был, а тут, в Харькове, «Красное знамя» выпускал. Свою колонку тоже вел, конечно, но это не основное. До войны, кстати, и спецкором довелось работать.

Толстой снова глянул на него исподлобья и иронично поднял одну бровь. Длинные черные волосы, разделенные на прямой пробор, резко подчеркивали бледность лица. Морской понял, что говорит лишнее.

– Впрочем, вы сами это все в моем деле уже прочли, – тем не менее продолжил он. – Должность «военный корреспондент» мне вписали, вызвав три недели назад в Москву при направлении в ваше распоряжение. – Взгляд Морской при этом не отводил.

– Это они нарочно, – хмыкнул секретарь. – Чтобы можно было пропуск в город выписать. Спецкоров от всевозможных газет тут уже перебор, да и что спецкору из Андижана тут делать? Это ж не всесоюзные «Известия», как у Смолича, и не «Советская Украина», как у Галана. Да вы не переживайте, – он заметил волнение Морского и кинулся успокаивать: – Мы к формулировкам сильно придираться не намерены.