Фабио и Милена

Фабио одним коротким движением подобрал пистолет и приставил его ко лбу лежащему и скалящемуся монголу, который пытался приподнять голову чтобы Фабио не успел зарядить пистолет больной рукой, но пустая обойма уже упала тому на грудь отчего он зарычал как безумный. Фабио был спокоен как у хирург, совершающий оперирование, глаза его были пустыми и мертвыми, всматриваясь в них можно было сойти с ума. Глядя на Фабио, ухмыляющийся монгол чувствовал себя в тисках неведомой силы, он онемел от сурового взгляда Фабио и лицо монгола с неряшливой козлиной бородкой стало послушным как у овечки, пасущейся на лугу, из него словно вытянули душу.

Фабио не отрывая от того своего непроницаемого взгляда вытащил больной рукой обойму с патронами и вставил ее в пистолет капая при этом кровью, которая скатывалась по руке от самого плеча. Лицо монгола исторгало ужас, глаза смотрели в разные стороны перемещаясь с неимоверной скоростью, Фабио выстрелил, и монгол подпрыгнул, отчего его взор медленно обратился вверх, провожая собственную душу последним выразительным взглядом.

Фабио встал, рука отзывалась болью, которая казалось пребывала во всех уголках его существа. Фабио чувствовал, как усталость навалилась на него точно тяжелый соперник. Он мог думать лишь об отступлении и уже ввалился в дверь переступая через труп, валяющийся под ногами. Фабио оперся локтем об стену и испугался, не видя Милены, но стоило ему подумать о ней как она тут же вышла и обратила внимание на раненное плечо отца которое было в крови.

Милена ужаснулась, смотря на Фабио истекающего кровью, но она хранила молчание ожидая его указаний.

– Милена собери все вещи и оружие в большую сумку, я возьму документы и бумаги.

Милена кивнула и начала собирать все необходимое для отступления, она знала, что необходимо в первую очередь потому как Фабио готовил ее ко всевозможным сценариям, которые могли произойти.

Фабио обработал рану, отмыл ее от крови и перевязал бинтами, затем он начал собирать документы, деньги, боеприпасы, таблетки и пару бриллиантов.

Фабио взглянул на Милену, которая с ужасом и болью смотрела на него не решаясь произнести ни слова, она кивнула ему и тогда они вышли и направились к Эрику. Фабио пошатывался и дышал так словно пробежал огромную дистанцию, Милена тащила на себе большую кожаную сумку, где покоилась порядком вся их жизнь. Милена не узнавала отца и ей было не по себе от того, что им пришлось покинуть дом, в котором она выросла.