Амир Икам. Третья книга романа «Икам – легенда легиона»

На дороге остались только раненные воины Арабского отряда и их лошади. Наш герой, считавший, что нельзя оставлять Даррара одного и стоит напомнить тому, кто помог ему вернуть свободу. Его опыт подсказывал, что подобные мелочи быстро забываются людьми, занятыми собой и другими, не менее важными делами. Воины его маленького отряда, дисциплинированно остались возле своего командира. Впечатлений сегодняшнего дня им вполне хватило, для утоления жажды приключений. Анвар решил, пользуясь передышкой, не теряя времени даром, заняться пленником и остальной добычей.

Икам подошел к Даррару. Тот бледный, после перенесенных испытаний, позволил молодому воину перевязать ему раненное плечо. Икаму было странно и даже непривычно видеть, с какой трогательной заботой и вниманием, тот ухаживал за раной Даррара. Воин что-то горячо шептал ему на ухо и украдкой целовал его. При виде Икама, Даррар, приветливо позвал его к себе.

– Мир тебе, Икам ибн Абихи. Познакомься с моей сестрой, Кхаулой аль Азвар. Это она смогла вырваться из окруженного форта и позвать вас на помощь.

Икам, смущенный своей ошибкой, поклонился, приложив руку к груди. Девушка, отбросив с головы капюшон, тряхнув косами, ответила ему широкой улыбкой.

Но тут, неожиданно для всех, в разговор вмешался пленный ромей.

– Хоть ты сейчас и здесь, но ты остаешься моим пленником. Ведь ты дал мне слово. Или твоё слово ничего не стоит?

После этих слов повисла неловкая тишина. Ромей, заботами Анвара освобожденный от стесняющих его доспехов и оружия, придерживая свою уже перевязанную левую руку правой, с высокомерным видом стоял рядом, словно ничто не могло поколебать его уверенность в себе.

– Обстоятельства не позволили мне представиться. Я экатонтарх второй Карфагенской тагмы Африканского мероса, Фемел Катакалон. Я готов в качестве выкупа за свою свободу предложить тебе сто золотых солидов-номисм, что соответствует 1450 серебряным милиарисиев – драхмам.

Сердце Икама подпрыгнуло от радости. Значит Даррар попал в плен к этому ромею. Неизвестно, как в этом мире дорожат своим словом, но это обстоятельство нужно использовать с максимальной пользой.

– Ты плохо воспитан ромей, если позволяешь вмешиваться в наш разговор. Но, раз уж ты завёл этот разговор, то знай – твоя свобода стоит тысячу золотых солидов-номисм.