Сущности. Прозрение

Он не двигался – так и замер, когда пациент пришёл в себя. Ощущение небывалого провала накатило, затопило, закружило, и Порохов моргнул.

И чуть сам не закричал от неожиданности: когда он снова глянул на пациента, то понял, что его покрывают странные склизкие сгустки размером с футбольный мяч. Один такой отшатнулся от его руки, как только Андрей шевельнул пальцами.

– Не хочу! Уберите от меня всё! Я не буду! – ужас пациента хирург теперь тоже видел. Темные, зеленовато-черные жгуты вытекали из висков огромного мужчины, и к ним стремились странные мерзкие «футбольные шары», впитывая их в себя.

– Что это? – Андрей понял, что если он не спросит, то сейчас сойдёт с ума. Или уже сошёл?

Его не услышали.

– Что это? – повторил он чуть громче, и Андрею показалось, что за ним, за его спиной это же повторил и кто-то другой. Хирург замер, всё окружающее его пространство сомкнулось в одну точку – яркую, окружённую беспросветной тьмой, и в следующее мгновение взорвалось, ослепляя Андрея. Он медленно отнял руки от пациента, не видя вокруг себя ничего, поглощённый сиянием.

Он слышал голоса, словно сквозь вату: они не цеплялись за сознание, скользя поверхностно, очень аккуратно. Голоса, ситуация, пациент, его страх и эти липкие склизкие сгустки остались где-то далеко. Тут с Андреем было нечто иное: тишина, которая затекала в его разум, обволакивала и вместе со светом отрезала от всей его жизни.

Андрей чувствовал – его сердце не бьётся. С того момента, как его ослепило, не было ни одного удара.

Он не сделал ни одного вздоха, но – странно – его это не тяготило. Время, казалось, растянулось до бесконечности.

И сжалось.

Свет, который окружал Андрея, рванулся в него, и от его рук – вовне. Он распался на лучи, и липкие омерзительные комки испарились. Но свету этого оказалось мало: он потёк дальше, он скользил вперёд, и Андрей видел, что вокруг склизких комков становится больше. Они оказывались на других людях, на пациентах. Они пили их, паразитировали, сживались с ними.

И свет уничтожал их.

Хирургически точно – только эту непонятную гадость, только то, что напугало самого Андрея одним своим наличием.

Удар сердца оглушил Андрея.

Он пошатнулся, машинально схватившись за край стола левой рукой, соскользнул, попытался удержаться, но не смог, и рухнул на пол, чудом не запутавшись в проводах и трубках капельниц.

Первое, что услышал Андрей, вынырнув из темноты беспамятства, был голос главного врача.