Магия во мне

Я знаю, что ты не любишь в зале работать, но вариантов нет.

Вот невезение. Я просто терпеть не могу заменять официанток. Потому что посетители, в основном, мужчины, которые выпивают, и официантки с ними флиртуют и шутят, чтобы они им больше чаевые оставляли, но это не моё. Я не умею с мужчинами общаться, тем больше флиртовать. И еще здесь сидели студенты из Академии, и преподаватели, редко, но заходили, и мне от этого вдвое неудобно было. Официанток, считали легкомысленными, а я не хотела, чтобы обо мне так думали.

И хотя мне предлагали место официантки и платили им больше, я выбрала работу на кухне – так спокойнее.

Зашла в зал, обычная таверна, таких еще 100 в столице. Массивные деревянные столы с креслами, барная стойка, простое, неприхотливое меню с доступными ценами. Вошло несколько посетителей, я подхожу к ним и… Светлые Боги! Это что за день такой, пятница 13?

Опять он. И что делать? Бежать?

– Светлого вечера, господа! Что заказывать будете?

Соберись, Ари, ты – профессионал.

Он даже глаз не поднял.

– Выпьем чего-нибудь крепкого, Аргариусе? – предложил один из компании.

– Да, можно, не знаю, что в таких местах заказывают поэтому девушка, принесите что-то на свой вкус.

Аргариус бросил взгляд на меня и, кажется, не узнал. А на что я надеялась, дурочка? Кто – он, а кто – я! Он сам потомок Аргариуса, того самого, в четь которого, мою Академию назвали. С ума сойти можно. Я, долго не думая, пошла на кухню.

Вечер прошел тихо, и работа моя подбежала к концу.

Первый час ночи. Вышла из таверны и направилась в общежитие. На пьяных, которые толпились на улице и что-то громко говорили, то в мою сторону или между собой, я внимания не обратила. Но ситуация резко изменилась, когда один из них поймал меня за руку.

Далее события развивались банально. Я пыталась вырваться и умоляла, чтобы меня отпустили. После общего хохота и вспышки глаз у мужчины, который держал меня за руку, мне стало страшно. Потому что поняла, что это не просто пьяные мужчины, это – маги.

Думай, Ари, думай! Проситься и давить на жалость – нет смысла, они не имеют совести и, тем более, сожаления. Они что-то говорят и смеются, а этот тип, пьяный громила, начинает меня куда-то тащить:

– Не бойся, девушка, я не съем тебя, возможно? – И снова смех, такой противный и злой.

– Уважаемый, отпусти девушку, немедленно! – Сказано было холодно, четко, с уверенностью, что приказ полностью выполнят.

Я замерла, потому что это опять был он.